-- Покорно благодарствуемъ, Агафья Максимовна,-- за хлѣбъ-соль, за блины!..
-- Что-жъ вы такъ мало, Лука Кузьмичъ?
-- Благодарствуемъ: сытъ. Больше душа не принимаетъ,-- отвѣтилъ еще степеннѣе урядникъ и добавилъ съ любезностью:-- а блинки ваши отмѣнные, первый сортъ!
-- А то бы еще парочку скушали, право?-- сдѣлала послѣднюю слабую попытку хозяйка.
-- Нѣтъ, благодарствуемъ! не невольте!-- произнесъ урядникъ уже тономъ огорченья.-- Поздно... восемь часовъ!-- добавилъ онъ, посмотрѣвъ на часы.
-- А тебѣ дать еще?-- спросила Агафья Максимовна мужа.
Назаръ Ивановичъ отрицательно помоталъ головой, доѣлъ послѣдній блинъ, обильно напитанный масломъ, грузно поднялся и налилъ изъ стоявшей на столѣ бутылки двѣ рюмки.
-- Пей!-- приказалъ онъ грубо уряднику и выпилъ свою рюмку.
Урядникъ выпилъ и проговорилъ съ нѣкоторой тоской:
-- Э-эхъ, пора бы ѣхать...