-- О-отбить!-- воскликнулъ, вскочивъ, другой старикъ.-- Дадутъ тебѣ отбивать!
Начался споръ. Всѣ говорили разомъ, не слушая другъ друга, каждый горячился, каждый доказывалъ что-то, одни убѣждали отбить скотину, другіе, большей частью старики, не хотѣли и слушать объ этомъ и стояли на своемъ, что надо при помощи "бумагъ" добиваться правды. Поздно ночью разошлись дашковцы по домамъ, охрипшіе, взволнованные, ничего не рѣшивъ.
XI.
На слѣдующій день, часовъ въ семь утра, купцы уже были въ Дашковкѣ. Чтобы не отлучаться отъ мѣста торговъ, купцы оставили тутъ же, недалеко отъ загороди, свои подводы. Вскорѣ пріѣхалъ и становой и тотчасъ же энергично принялся за дѣло, призвалъ урядника и послалъ его въ степь за стадомъ.
Едва только урядникъ отошелъ, какъ къ становому подошелъ Лука Кузьмичъ и, почтительно закинувъ на бокъ голову, заговорилъ шопотомъ и таинственно:
-- Ваше благородіе, я хотѣлъ доложить...
-- Что такое?-- спросилъ быстро становой.
-- Мужики задумали отбить скотину... Сговорились...
-- Ну-у?
-- Вѣрно, ваше благородіе! Я подслушалъ. Всю ночь толковали. Сговорились, какъ приведутъ скотину,-- отбить ее и по дворамъ разогнать...