-- Это "буржуазія жизни" тебя обидѣла? Ха-ха-ха!-- разсмѣялся онъ сухимъ, искусственнымъ смѣхомъ.-- За это я тебя люблю. "Буржуазія жизни" и меня обижаетъ! Понимаешь ли, меня, философію жизни! Ха-ха-ха!
Онъ налилъ два стакана водки и подалъ одинъ Аксиньѣ.
-- Пей, всякую обиду забудешь!
Выпивъ свою водку, онъ взялъ булку и хотѣлъ ее бросить собакѣ, но вдругъ раздумалъ.
-- Гамлетъ!-- позвалъ онъ ее полушепотомъ и оглянулся, какъ бы боясь, чтобъ кто нибудь его не услышалъ
Собака лѣниво поднялась и подошла къ нему.
-- Гамлетъ, выпей водки.... проговорилъ просящимъ тономъ Абрамовъ. Наливъ немного водки, онъ поднесъ стаканъ къ губамъ собаки. Она оставалась неподвижно и лишь раза два вздрогнула.
Абрамовъ нагнулся, шепнулъ ей на ухо выразительно "про-ошу!" рознялъ ей челюсти и влилъ въ ротъ водку. Собака быстро, конвульсивно проглотила водку, закружилась по комнатѣ, чихнула и раза два отрывисто и жалобно гавкнула.
Абрамовъ серьезно и внимательно, съ выраженіемъ грусти на лицѣ, слѣдилъ за собакой. Потомъ онъ ей подалъ булку и прошепталъ:
-- Закуси и извини...