-- Ну-съ, запремъ-съ, какъ пить дадимъ-съ!-- говоритъ онъ, двигая шашку, стараясь въ то же время выковырнуть языкомъ засѣвшее въ зубахъ мясо.
-- Э -- это время покажетъ!-- отвѣчаю я задорно и тоже двигаю пѣшкой. Меня оживляетъ сознаніе, что скоро всѣ ходы перепутаются, и моимъ мыслямъ предстанетъ какая-нибудь работа.
-- Запремъ-съ,-- повторяетъ онъ машинально, двигая слѣдующую пѣшку.-- Хоть безъ задвижки -- а сидѣть будете!..
-- По-осмотримъ!-- тяну я ему въ тонъ.
Мнѣ вдругъ вспоминается игра Чичикова съ Ноздревымъ, и я говорю.
-- Да-авненько не бралъ я въ руки шашекъ!..
-- Да-авненько!-- качаетъ скептически головою машинистъ и дѣлаетъ новый ходъ.
Игра становится интересной, и я увлекаюсь. Играемъ пять-шесть партій. Наконецъ, и это начинаетъ надоѣдать.
Машинистъ смотритъ на часы и поспѣшно встаетъ:
-- Эге, ужъ 10 часовъ. Пора на боковую: завтра рано вставать!-- Онъ прощается и уходитъ.