-- Однако, святой отец, несмотря на рясу, вы, кажется, большой поклонник хорошеньких женщин! -- шутливо обратился к нему Путилин.
Монах пристально всматривался в маску его, словно стараясь прозреть за ней черты лица говорившего.
-- Наш монастырь не гнушается женщин, ибо в Святом писании нет ссылки на то, что женщин следует избегать, -- раздался звучный, резкий, насмешливый голос капуцина.
-- Честное слово, вот мудрый монастырь! -- продолжал Путилин. -- Быть может, такой справедливый взгляд царит у вас и на иные блага жизни?
-- На какие, например?
-- Ну, на деньги, на золото, на драгоценности.
-- Почему вы думаете так, сын мой? -- еще насмешливее спросил монах.
-- Я сужу по драгоценной цепи, которую вижу на вашей груди, святой отец! -- ответил ему в тон Путилин.
Рука монаха вздрогнула и как-то невольно схватилась за цепь.
-- Удивительная цепь! Замечательная цепь! -- как бы не замечая жеста капуцина, продолжал Путилин. -- Быть может, святой отец, вы уделите мне минутную беседу... Пройдемте в одну из гостиных... Там так хорошо... прохладно... журчат фонтаны... зимний сад... поют птички.