-- Вы спрашиваете: откуда взялся слух? Конечно, со стороны русских. На вокзале разыгрался почти скандал. Многие пассажиры были страшно возмущены и возбуждены против евреев.
-- Ну, вот и все, коллега. Спасибо. Вы будете так добры, не откажетесь сопутствовать нам с доктором по тем местам, куда мы сейчас поедем?
-- Что за вопрос, ваше превосходительство? Я так польщен... так горжусь вашим приездом, вашей гениальной помощью... Вы ведь не нам чета, простым смертным.
Путилина передернуло.
Этот редкий человек не выносил открытой, грубой лести.
...Через час мы ехали по улицам Минска.
Теперь уже совершенно ясно в воздухе чувствовалось приближение грозы. Увы, не благодатно-весенней грозы природы, а мрачной, братоубийственной.
Что-то страшное, зловещее пологом нависло над городом.
Большие толпы народа виднелись на Соборной площади, на улицах, но в этой толпе теперь мало, поразительно мало было видно евреев. Все магазины были наглухо закрыты ставнями.
Доносился возбужденный гул голосов, слышались пьяные песни, звуки гармоник.