В ту секунду, когда он в дыму и в искрах быстро выскочил оттуда, мы вошли в страшный дом. Посередине нас, под дулами двух револьверов, шел преступник.
В руках гениального сыщика находились таз-чаша с кровью и желтые туфельки.
-- Вот вам результаты моих гастролей, вот вам -- ритуальное убийство! Арестуйте этого человека -- убийцу Евгении Синюшкиной.
-- Проклятый! Как ты узнал меня?
-- Я? Тебя? Так ведь я -- Путилин, а ты -- черная шинель с фетровой шляпой.
Минский Лекок хлопал глазами.
Наутро Губерман был освобожден.
Радость его и всех евреев не только Минска, но и всего юго-западного края была безгранична.
Имя Путилина, этого гения русского сыска, сумевшего снять покров с тайны якобы ритуальных убийств, прогремело и покрылось неувядающей славой.
Путилина засыпали цветами, когда он выезжал из Минска.