-- Отъ свояченицы? Давай-ка сюда; вѣдь и мнѣ надо прочитать его.
Она положила письмо на столѣ передъ нимъ, пожимая плечами. Старикъ медленно сталъ читать его строка за строкою и часто останавливался, закрывая глаза рукою.
Бригитта стояла поодаль; ей жалко стало безпомощнаго старика.
-- Такъ ты хочешь идти въ услуженіе?-- сказала ей тетушка.-- Это хорошо; въ такомъ случаѣ я могу что нибудь для тебя сдѣлать. Сегодня ты переночуешь у насъ, а завтра тебѣ надо пораньше встать, чтобы поспѣть на поѣздъ, который отправляется въ Вѣну. Я напишу тебѣ гдѣ живетъ госпожа Цейдельгуберъ, моя и матери твоей младшая сестра, а твоя тетушка. Она тамъ замужемъ за фабрикантомъ обуви. Ты отыщешь ее. У нея много знакомствъ, и ей не трудно будетъ рекомендовать тебя куда нибудь; а можетъ быть, ты и у нея останешься. Въ такомъ случаѣ тебѣ у родственниковъ пріятнѣе будетъ жить, чѣмъ у чужихъ.
-- Благодарю покорно.
Старикъ положилъ письмо обратно на столъ.
-- Ну, что же пишетъ свояченица? спросила жена и толкнула при этомъ Бригитту локтемъ.
Онъ призадумался, но, какъ видно, не могъ припомнить содержанія прочитаннаго, потому что снова взялся за письмо.
-- Ну, вотъ видишь, не правду ли я говорила! Читаетъ по складамъ цѣлый часъ и тотчасъ-же все забываетъ. Совсѣмъ пропащій человѣкъ! А самъ не сознается въ этомъ. Если сказать ему, такъ сердится.-- Она насмѣшливо засмѣялась.
Изъ второй комнаты, гдѣ также горѣла лампа, раздался рѣзкій мальчишескій голосъ: "Mulier taceat inecclesia".