Покоясь среди полу-мрака незнакомой комнаты, она невольно съ грустью вспомнила о своей родинѣ и обо всемъ томъ, что она до сихъ поръ пережила. Права ли она была, покидая родной домъ изъ любви къ другимъ и на горе себѣ?.. Но непосредственное впечатлѣніе настоящей дѣйствительности мало по малу нарушило ясность ея мыслей и проходившихъ въ умѣ ея образовъ, и скоро сонъ окончательно отогналъ все ея прошедшее въ міръ сновидѣній.
Когда она на другое утро открыла глаза, было уже совершенно свѣтло.
"Тетя Тереза!" позвалъ звонкій голосокъ. Бригитта вскочила съ постели и подошла къ желѣзной кроваткѣ. Ребенокъ лежалъ съ широко открытыми голубыми глазами, но моментально снова закрылъ ихъ, увидѣвъ передъ собою чужое лицо, и принялся плаксивымъ голосомъ звать тетю Терезу. Напрасно Бригитта ласково уговаривала его, онъ только все болѣе капризничалъ и все громче кричалъ, такъ что когда, четверть часа спустя, въ комнату вошли бабушка и тетя, то молодая дѣвушка, совсѣмъ запуганная, проговорила:-- Она не хочетъ со мною подружиться, а между тѣмъ я такъ хочу полюбить ее, какъ мать!
Старушка разсмѣялась.-- Ну, милая Гитта,-- успокоила она ее,-- оставайся только при своемъ добромъ намѣреніи относительно ребенка; отъ такихъ крошечныхъ созданій нельзя требовать, чтобы они тотчасъ же угадали твое расположеніе, но и они научаются скоро и вѣрно распознавать своихъ друзей.
Ребенка одѣли на цѣлый день, и такъ какъ бабушка и тетя нерѣдко разрѣшали и Бригиттѣ принимать участіе въ этой церемоніи, увѣряя дѣвочку, что это Гитта и что она будетъ очень любить ее, то желаемое соглашеніе скоро установилось. Еще въ тотъ же день малютка охотно отправилась съ нею гулять, а черезъ нѣсколько дней Бригиттѣ уже представился случай въ душѣ посмѣяться надъ самой собою, такъ какъ она опять готовилась упрекнуть въ черной неблагодарности такъ скоро привыкшаго къ ней человѣка, который окончательно забылъ тетю Терезу и каждое утро звонкимъ голосомъ звалъ уже "Гитта"!
Проживъ недѣлю въ большомъ городскомъ домѣ, она должна была сознаться, что въ немъ жить не дурно и что, чувствуя себя подъ непосредственнымъ надзоромъ столькихъ людей, которымъ желаешь угодить, невольно отучаешься отъ разныхъ дурныхъ привычекъ, которыя прежде прошли бы ею незамѣченными.
Четвертая недѣля была уже на исходѣ, Бригитта все еще продолжала служить. Наступила пятая. Дѣвушкѣ было очень тяжело утѣшать неустанно освѣдомлявшагося объ отцѣ ребенка увѣреніями, что онъ скоро долженъ вернуться; вѣдь когда онъ дѣйствительно пріѣдетъ, то въ ней не будутъ болѣе нуждаться, и ей прійдется разстаться съ хорошими господами, которыхъ она успѣла полюбить, и съ ребенкомъ, къ которому уже привязалась всѣмъ сердцемъ.
Бригитта сидѣла съ дѣвочкой въ маленькомъ садикѣ, примыкавшемъ ко двору; ребенокъ игралъ у ея ногъ, или бѣгалъ взадъ и впередъ; она же усѣлась въ бесѣдкѣ, которая напоминала ей ту, гдѣ такъ часто сиживала ея старушка-мать на родной землѣ. О! если бы она могла хоть на минуту присѣсть теперь здѣсь, противъ нея! Какъ охотно показала бы она ей дѣвочку, такую миленькую и умницу, чтобъ и старушка могла порадоваться, глядя на прелестнаго ребенка! Она чуть не сказала: бабушка! Эта мысль разсмѣшила ее, и ребенокъ, услыхавъ ея смѣхъ, вскочилъ съ земли и тоже звонко разсмѣялся.
Но дѣвочка этимъ не удовольствовалась, ея веселость разыгралась, она сорвала съ головы соломенную шляпку, набрала въ нее песку и, вертясь на мѣстѣ, какъ маленькій волчокъ, быстро разбросала песокъ по цвѣточнымъ клумбамъ.
-- Перестань, Густя,-- воскликнула Бригитта,-- ахъ, какая ты нехорошая дѣвочка!