Очаровательное чудо!
А развѣ не свершалось съ нимъ теперь новое чудо -- пробужденіе минувшихъ сновидѣній при видѣ сидѣвшей противъ него таинственной фигуры!
Онъ медленно поднялъ на нее глаза.
Хорошенькая ножка уперлась въ коверъ, мягкія руки обвивались вокругъ бѣлокурой дѣвочки, и миловидное личико такъ нѣжно слѣдило за правильнымъ дыханіемъ ребенка.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
-- Я уѣду,-- рѣшилъ онъ про себя,-- Если я вернусь съ тѣмъ же чувствомъ, съ какимъ уѣхалъ отсюда... Но это я прежде всего обязанъ уяснить себѣ!
Въ то время, какъ онъ глядѣлъ на дѣвушку, ему показалось, правда, будто бы Бригитта кому-то улыбнулась, но онъ не замѣтилъ, что улыбка эта относилась къ вошедшей въ комнату матери его. Когда старушка увидѣла спавшаго ребенка, она привѣтливо кивнула дѣвушкѣ и затѣмъ бросила весьма странный взглядъ на своего сына, возлѣ котораго простояла нѣсколько минутъ, совершенно имъ незамѣченная. Наконецъ она положила руку на его плечо, и онъ невольно вздрогнулъ при ея простыхъ словахъ:-- Пойдемъ ужинать!
За ужиномъ ожидалъ всѣхъ сюрпризъ: едва успѣвшій вернуться домой сынъ внезапно объявилъ, что вынужденъ снова уѣхать на слѣдующій день вечеромъ, конечно по дѣламъ. При этомъ онъ нарочно или дѣйствительно принялся шарить въ своемъ портфелѣ и вынулъ изъ него какой-то желтый и старинный клочокъ бумаги, который развѣ только блаженно вѣрующіе могли бы принять за недавно полученное приказаніе ѣхать. Но сказано было "по нужному дѣлу"; противъ этого возражать было нечего, да никто и не возражалъ.
Прошелъ день, и вечеромъ всѣ распростились, какъ всегда, ласково и дружески. На этотъ разъ Густхенъ крѣпко спала, Бригитта вынула желѣзную рѣшетку кроватки, для того, чтобы отецъ могъ нагнуться и поцѣловать ребенка, и онъ помогъ ей снова вставить рѣшетку.
Его экипажъ только что отъѣхалъ отъ дома, какъ у крыльца остановилась другая карета. Нѣсколько минутъ спустя, г. Митровицеръ, глава торговаго дома, негласнымъ компаньономъ котораго состоялъ молодой Фишеръ, неожиданно предсталъ передъ отцомъ молодаго человѣка.