Негоціантъ былъ маленькій, толстый человѣчекъ; все въ немъ было округлено, начиная съ лица и круглоподрѣзанныхъ волосъ и кончая не менѣе кругло подстриженной бородкой. Онъ былъ весь въ поту и тщательно отиралъ себѣ лобъ платкомъ "Покорнѣйшій" -- пропыхтѣлъ онъ -- "высоко"! Это означало; "Вашъ покорнѣйшій слуга! Я нахожу, что вы высоко живете, прошу извиненія поэтому, что я такъ взопрѣлъ". Дѣло въ томъ, что онъ обладалъ необыкновенно развитымъ во всѣхъ отношеніяхъ чувствомъ умѣренности и дѣловой экономіи, которую онъ примѣнялъ даже въ обыкновенномъ разговорѣ, довольствуясь только самымъ необходимымъ числомъ словъ и стараясь въ каждой фразѣ сберечь хоть пару словечекъ, какъ бы оставляя ихъ себѣ про запасъ на слѣдующій случай, когда ему прійдется обмѣниваться своими мыслями съ другими.,
-- Покорнѣйшій -- высоко!
(Конечно, это очень экономно).
Старикъ Фишеръ предложилъ ему сѣсть. Онъ опустился на стулъ, и спросилъ:-- Мой негласный?..
(Опять чистый барышъ отъ сбереженныхъ существительнаго и глагола).
-- Сынъ мой, хотите вы сказать? Онъ только что опять уѣхалъ на станцію желѣзной дороги.
Г. Митровицеръ скорчилъ чрезвычайно удивленную физіономію.
-- Только что вернувшись?
При несомнѣнномъ изумленіи главы торговаго дома отецъ уѣхавшаго также стремительно вскочилъ со стула.
-- Развѣ вы объ этомъ ничего не знаете?