-- О, да! Впрочемъ, когда дѣло идетъ о бракѣ, то можно всегда найти не одну, а десять причинъ, чтобы отговаривать отъ него; но если мы поймемъ другъ друга, то вамъ лучше болѣе уже не распрашивать -- это будетъ всего благоразумнѣе. Выслушайте. Наши парни не даромъ называютъ здѣсь незамужнихъ дѣвушекъ кладами; каждая изъ нихъ дѣйствительно входитъ въ домъ, какъ тѣ дары неизвѣстной волшебницы, о которыхъ разсказываютъ дѣтямъ. Только всякій мужъ долженъ хорошо знать, не только чего стоитъ доставшійся ему кладъ, но и какъ съ нимъ обходиться, и какія средства употреблять, чтобы онъ не пропалъ; между тѣмъ часто случается, что парень дѣлается жертвою обмана, думаетъ, что получитъ слитокъ золота, а когда пріобрѣтетъ его законнымъ порядкомъ, то убѣждается, что владѣетъ, только кучей угольевъ, или даже чего нибудь еще похуже.
-- Развѣ ваши слова намекаютъ на Бригитту?
-- Да, они окажутся справедливыми, если вы получите ее, или же она съумѣетъ заполучить васъ.
-- Что вы говорите? Но это мнѣніе о ней вы вѣроятно составили себѣ давно, и такаго рода вещи никто не высказываетъ безъ вѣскаго основанія?
-- Совершенно справедливо. Вотъ уже мы и поняли другъ друга.
-- Извините, г. бургомистръ, вы полагаете, что имѣете основаніе говорить такимъ образомъ; но остается еще выяснить, достаточно ли важны и серьезны ваши мотивы, и потому я желалъ бы узнать ихъ отъ васъ, а потомъ уже судить о нихъ...
Бургомистръ медленно выпрямился.-- Вы желали бы? Право? Я уже совѣтовалъ вамъ удовольствоваться моимъ словомъ и дальше не разспрашивать. Довольно и того, что я уже высказалъ, а говорилъ я все это только для того, чтобы внушить вамъ, разумному горожанину, для вашего же блага, разумное правило, что никогда не слѣдуетъ судить по виду и по первому взгляду. Все дальнѣйшее я считаю пустымъ любопытствомъ, и удовлетворять ему мнѣ не приходится, ни въ качествѣ бургомистра, сообщающаго вамъ, совершенно постороннему человѣку, такія свѣдѣнія о мѣстной уроженкѣ, которыя могутъ ей повредить, ни въ качествѣ опекуна, разбалтывающаго старыя исторіи, тѣмъ болѣе теперь, когда дѣвушкѣ представляется случай честнымъ путемъ заставить замолчать дурную о ней молву.
-- Что это значитъ?
-- Это я могу сказать вамъ. Именно теперь, когда вы сидите здѣсь въ Зебенсдорфѣ, тамъ, въ Вѣнѣ, къ дѣвушкѣ пріѣхалъ парень, имѣющій одинаковое съ вашимъ желаніе вступить съ нею въ законный бракъ.
Густава это сообщеніе непріятно поразило.-- Какъ? Въ моемъ отсутствіи? За моей спиной? съ сердцемъ спросилъ онъ.