Заплакал и Кубырь, опустившись на колени перед вождем.
У меня слезы застилали глаза, и я, не зная, что делать, стал обливать голову Саньки водою.
Тот очнулся и с удивлением посмотрел кругом.
-- Он жив! -- встрепенулся Крокодил. -- Санька, ты еще живой? -- и Крокодил гладил вождя по голове, целовал его в лоб и заглядывал ему в глаза.
-- Жив, -- чуть слышно отвечал Змеиный Зуб и жадно прильнул к котелку.
-- Пей, пей! Больше пей, хорошая вода... очень хорошая вода, -- бормотал Крокодил, радостно утирая слезы.
Но Змеиный Зуб вдруг опять задрожал, и частые слезы брызнули из его глаз.
-- Ничего, ничего, -- говорил он, -- ха-ха-ха-ха! -- и он закатился каким-то неудержимым хохотом, страшным хохотом сквозь слезы.
-- Ха-ха-ха... ха-ха-ха!
-- Его, должно быть, ранили ядовитой стрелой, -- догадался Крокодил, и он теперь захохочется до смерти.