-- Отчего же этотъ мальчуганъ въ школу не ходитъ?.. Не далеко, кажется... Всего четыре версты.
-- И, матушка-барыня,-- возразилъ кучеръ, принимая съ благодарностью книжку,-- когда ему въ школу ходить! Одинъ онъ работникъ на всю семью. Его жалованьемъ бабка да сестра-малолѣтка кормятся...
Барыня полюбопытствовала взглянуть на Аксёну.
-- Крошка такой и уже работникъ... Который тебѣ годъ?-- спросила она.
-- Тринадцатый,-- робко отвѣтилъ Аксёна, стаскивая съ головы рваную шапчонку.-- "Скажетъ, малъ больно" -- думалъ онъ, со страхомъ взглядывая на барыню.
Но барыня только повторила, съ изумленіемъ качая головой.
-- Уже работникъ!.. Ну, ступай... Учись у Ивана... Много ли ты только самъ знаешь?-- спросила она, смѣясь, кучера.
-- Что и зналъ, то позабылъ,-- возразилъ Иванъ.-- Ничего, помаленьку выучимся... Было бы усердіе, а тамъ Богъ поможетъ!
Барыня пообѣщала книжекъ и, уѣзжая вскорѣ изъ деревни, дѣйствительно прислала въ людскую цѣлый ворохъ старыхъ учебниковъ и дѣтскихъ книгъ.
Аксёна не помнилъ себя отъ радости. Съ благоговѣніемъ перебиралъ онъ разрозненныя книжки, иныя не только безъ переплетовъ, но даже безъ заглавныхъ страницъ; другія безъ начала и конца. Старательно водя по строкамъ пальцами, разбиралъ онъ по складамъ. Разбирать приходилось одному. Кучеръ Иванъ уѣхалъ съ барыней, а въ людской никто не имѣлъ охоты къ чтенію, да и грамотныхъ, пожалуй, никого не было.