-- Барыня приказала... Въ такой морозъ, говорятъ, далече итти.
"Сердобольная какая!" -- вырвалось-было у Вильда, но онъ удержался и только пожалъ плечами. Отдавъ еще два-три приказанія и отворивъ дверь въ другія, уже освѣщенные, комнаты, онъ вышелъ.
Прокофій Даниловичъ продолжалъ благодушествовать у камина. Довольная улыбочка свѣтилась въ прищуренныхъ глазкахъ. Предстоящій разговоръ, повидимому, доставлялъ ему большое удовольствіе.
Прокофій Даниловичъ, какъ мы уже сказали, былъ старинный пріятель и сослуживецъ Вильда. Оба они служили въ сенатѣ и шли, такъ-сказать, рука-объ-руку въ томъ, что касается коронной службы. Прокофій Даниловичъ чрезвычайно цѣнилъ Алексѣя Васильевича, считалъ его человѣкомъ замѣчательнымъ, но исковерканнымъ излишнею чувствительностью и идеализмомъ. Вильдъ, въ свою очередь, весьма уважалъ Прокофья Даниловича за его бюрократическія способности и принципы.
Прокофій Даниловичъ былъ еще стараго закала человѣкъ, не зараженный разными новыми идеями, занесенными на святую Русь съ Запада. Онъ былъ консерваторъ съ головы до ногъ, и какъ въ государственномъ, такъ и въ семейномъ строѣ строго придерживался допетровскихъ началъ. Въ семьѣ, по его мнѣнію, бразды правленія, безъ сомнѣнія, должны принадлежать мужу; главная же и прямая обязанность жены -- пещись о сохраненіи рода человѣческаго; другими словами: ея обязанность производить какъ можно болѣе здоровыхъ дѣтей, кормить, обшивать ихъ. Всѣ стремленія современныхъ женщинъ онъ презрительно называлъ модною дребеденью, которая только и могла родиться въ головѣ захилѣвшаго женскаго поколѣнія, позабывшаго прямую цѣль своего существованія. Однако, Прокофій Даниловичъ не выражался такъ прямо въ дамскомъ обществѣ. Онъ съ добродушной улыбочкой, подмигивая, выслушивалъ дамскіе разговоры о женскомъ трудѣ, равноправіи половъ и т. п., и заканчивалъ обыкновенно каждый подобный разговоръ слѣдующими словами:
-- Эхъ, сударыня, вы все толкуете не о томъ-съ, право -- не о томъ-съ! Не туда мѣтите!
Если ратующая за новыя начала была дѣвица, онъ, снисходительно качая головой, прищуривая глазки, говорилъ:
-- Вотъ, познаете узы брачныя, узы сладкія, то и увидите, куда мѣтить надо, а это все около, да подлѣ, право-съ!
Къ замужней женщинѣ онъ относился строже.
-- Ученаго учить только портить!-- говорилъ онъ, и, указывая на кого-нибудь изъ дѣтей: -- вотъ побольше такихъ творите... Это прямая-съ польза обществу!