-- У насъ, кажется, никого не будетъ къ обѣду,-- начала Надя, поднявъ голову и прямо взглядывая на мать.-- Позволишь ли ты мнѣ пойти обѣдать къ тётѣ?
-- Вотъ новости! съ какихъ это поръ спрашиваешь ты позволенія?-- насмѣшливо спросила Любовь Гавриловна.
-- Я стараюсь взбѣгать сценъ,-- спокойно возразила Надя.
-- Сценъ? Это еще что за выраженіе! Кажется, ты не можешь упрекнуть меня въ сценахъ. Ты знаешь, что въ домѣ не я дѣлаю сцены...
-- Я не говорю, что ты дѣлаешь сцены. Я спросила позволенія у тебя, чтобы избѣгнуть лишней сцены съ пап а.
-- Такъ спрашивай позволенія у него, а не у меня! Ты знаешь, въ ваши отношенія я не вмѣшиваюсь.
Надя встала.
-- Постой; мнѣ надо поговорить съ тобой.
Голосъ Любови Гавриловны звучалъ все холоднѣе и холоднѣе.
Надя вопросительно взглянула на мать.