-- Что тебѣ?-- съ неудовольствіемъ спросилъ онъ.
-- Такъ что, ваше благородіе, дѣло съ нашей Марефой неладно...
-- Въ чемъ дѣло?-- отрывисто спросилъ Егоръ Семеновичъ.
Ѳедотъ началъ свой разсказъ.
Егоръ Семеновичъ перемѣнился въ лицѣ.
-- Мнѣ было невдомекъ,-- закончилъ Ѳедотъ,-- а вѣдь цѣлую недѣлю, вижу я, шляется тутъ какая-то образина... Взгляну,-- онъ приложитъ ладони къ животу, кланяется... "Кулдукъ", по-ихнему... Разъ даже заговорилъ... Да я не понялъ...
За окномъ раздался стукъ колесъ. Къ крыльцу подали телѣжку. Егоръ Семеновичъ кивнулъ головой Ѳедоту, взялъ поданную имъ фуражку, забралъ бумаги и торопливо вышелъ.
Ольга Ивановна, вся встревоженная, выбѣжала на крыльцо.
-- Знаю... Некогда,-- сказалъ ей мужъ, вскакивая въ телѣжку.-- Послѣ поговоримъ...
Телѣжка отъѣхала.