22-го апрѣля намѣстникъ спѣшно выѣхалъ изъ Портъ-Артура со своимъ штабомъ и, какъ тогда выражались,-- "проскочилъ благополучно". Къ вечеру 22-го японцами высажено было больше 10 тысячъ, занята желѣзная дорога и Портъ-Артуръ -- увы навсегда -- былъ отрѣзанъ отъ Россіи {Прорывъ къ Артуру поѣзда подполк. Спиридонова не могъ конечно, почитаться возстановленіемъ сообщенія съ Артуромъ, какъ о томъ поспѣшилъ донести Куропаткинъ.}.
-- "Завидую опредѣленности и простотѣ задачи, которая выпадетъ на славныя войска Квантунской области, если на нихъ обрушится главный ударъ",-- писалъ въ началѣ мая Куропаткинъ Стесселю.
Относительно опредѣленности спорить не приходится, ну, а на счетъ простоты -- это звучитъ теперь горькой ироніей, когда намъ всѣмъ уже хорошо извѣстно, какова была въ дѣйствительности твердыня Артура, въ какихъ надежныхъ рукахъ она находилась и насколько обезпечена была крѣпость продовольствіемъ и боевыми припасами.
Странно, что бывшаго военнаго министра, а въ данный моментъ командующаго маньчжурской арміей, въ размышленіяхъ о судьбѣ Артура смущалъ одинъ только вопросъ -- о мясѣ. Еслибы не это, "то я былъ бы совершенно спокоенъ, какими бы силами японцы васъ не атаковали" -- писалъ онъ-Стесселю.-- "Патроновъ и хлѣба много, а это главное. Снарядами крѣпость снабжена по положенію за немногими исключеніями... Выручка будетъ... Вамъ всѣмъ необходимо запастись, кромѣ непоколебимой твердости, мужествомъ еще и терпѣніемъ..."
Тогда, въ Ляоянѣ, въ эти успокоительныя заявленія еще вѣрилось. Но теперь, когда извѣстно, что не хватило Портъ-Артуру не только мяса -- питались подъ конецъ кониной -- но и снарядовъ, которые пришлось выдѣлывать кустарнымъ способомъ въ портовыхъ мастерскихъ,-- когда извѣстно, что безъ артиллеріи, снятой съ судовъ эскадры, Портъ-Артуръ не могъ бы столько продержаться -- а вѣдь на нее, конечно, въ началѣ войны не разсчитывали, понуждая флотъ къ выходу во Владивостокъ,-- всѣ эти заявленія Куропаткина не знаешь, какъ и понимать. Да ихъ, видимо, и не понимали ни въ Артурѣ, ни въ Мукденѣ, ни въ Петербургѣ. Судьба отрѣзанной отъ родины крѣпости вездѣ и всѣмъ внушала самыя серьезныя опасенія...
-- "Скорая помощь необходима. Доношу это для спасенія всего дѣла",-- телеграфировалъ Стессель въ Мукденъ.
И онъ былъ правъ. Съ участью Артура, какъ показали событія, связана была участь всей кампаніи.
Я пріѣхалъ въ Мукденъ какъ разъ въ тѣ дни, въ двадцатыхъ числахъ мая, когда эти зловѣщія слова Стесселевской депеши таинственно передавались изъ устъ въ уста, но уже съ успокоительными, добавленіемъ, что помощь Артуру рѣшена, что борьба, намѣстника съ Куропаткинымъ по этому вопросу окончена побѣдой перваго.
Передавали, что намѣстникъ съ самаго почти отъѣзда изъ Артура настаивали, на переходѣ Куропаткина къ активнымъ дѣйствіямъ для помощи отрѣзанной крѣпости. Онъ тогда еще указывалъ, что если раньше это сдѣлать было рискованно, то теперь, когда армія значительно усилилась въ числѣ батальоновъ и орудій, возможно, не отступая нисколько отъ главной задачи -- сохранить желѣзную дорогу, какъ единственную связь съ Россіей и возможность продолжать сосредоточеніе арміи -- двинуть часть силъ, отъ двухъ до четырехъ дивизій къ Артуру.
Куропаткинъ возражалъ на это, что кровавый тюренченскій опытъ доказываетъ, какъ трудно руководить операціями войскъ, выдвинутыхъ на 250 верстъ отъ раіона сосредоточенія арміи, и что если генералъ Засуличъ, принимая бой, могъ еще расчитывать съ большимъ или меньшимъ вѣроятіемъ на спокойное отступленіе, то еще труднѣе можетъ сложиться обстановка для корпуса, двинутаго къ Портъ-Артуру. Высадкой японцевъ у Сеньючена и въ другихъ мѣстахъ онъ можетъ быть совсѣмъ отрѣзанъ и поставленъ между двухъ огней.