Считая, что этот новый успех японского оружия еще [186] более усугубил тяжелое впечатление от разгрома эскадры, японцы попытались овладеть крепостью без кровопролития. 3 августа генерал Стессель и контр-адмирал Вирен получили письма за совместными подписями Ноги и Того с извещением, что японская армия "окончила приготовления к общему штурму, и недалеко то время, когда она начнет решительные действия. Тогда судьба Порт-Артура будет решена. Поэтому, "во имя человечности", во избежание "излишних жертв людьми и имуществом", крепости и флоту предлагалось теперь же сдаться на капитуляцию.
Предложение это, конечно, было отвергнуто. Тогда Ноги не замедлил привести в исполнение свою угрозу штурма.
4 августа японцы открыли огонь из осадных орудий по Угловой горе; 5 числа они обстреливали уже весь сухопутный фронт крепости, а 6 числа они атаковали одновременно Угловую гору, Водопроводный и Кумирнинский редуты{104} и весь восточный фронт обороны.
Угловую гору оборонял 5-й восточносибирский стрелковый полк, доблестно дравшийся против 3-х дивизий на Цзиньчжоу. Полк этот и здесь "стоял, как скала", по донесению генерала Кондратенко, непосредственно руководившего обороной этого важного передового пункта. Когда страшный огонь японской осадной батареи, стрелявшей мелинитовыми снарядами, уничтожил сразу 1-ю полуроту 10-й роты, занимавшей траншею впереди Угловой, 2-я полурота не ушла из этой траншеи даже и тогда, когда японцы заняли места выбитой полуроты. К утру 7 августа на Угловой горе из 16 блиндажей, укрывавших войска от снарядов, уцелело только 7; в резерве у полковника Третьякова оставалась одна рота. В полдень наши не выдержали страшного огня и отошли.
Зато Кумирнинский и Водопроводный редуты отстояли. Японцы впервые понесли тут поражение. "Их бежало, -- с торжеством доносил командир 26 восточносибирского стрелкового полка полковник Семенов, -- с Водопроводного редута 2 роты. За компанию бежали и другие".
Но упорнее и дольше всего вели японцы атаку Восточного [187] фронта обороны крепости. Этим именем называлась 8-верстная линия укреплений от бухты Тахе до долины реки Лунхе: форт No1, батареи А и Б, форты NoII и III и укрепление No3, в промежутках между которыми находились полевые укрепления -- редуты, батареи и окопы. Фронт этот занимали 25-й восточносибирский стрелковый полк, несколько рот 16 полка, 2-3 роты 15 полка и столько же рот Квантунского флотского экипажа; вооружение его состояло из 134 орудий и нескольких пулеметов. Начальником отряда обороны фронта был генерал-майор Горбатовский.
Одновременно с бомбардировкой Угловой горы, Водопроводного и Кумирнинского редутов с раннего утра 6 августа неприятель начал бомбардировку и Восточного фронта, [188] сосредоточив свой огонь преимущественно на редутах No1 и 2 -- в промежутке между фортами NoII и III. Наши батареи стали отвечать, но шансы этого артиллерийского поединка были неровны ни по количеству орудий и калибру их, ни по количеству снарядов, которые крепости надо было беречь. Так, на участке от форта NoII до форта NoIII находилось 55 орудий, но из них только 17 могли состязаться с осадной артиллерией противника. В результате поединка за этот день мы потеряли подбитыми 7 орудий, в том числе два драгоценных для обороны 6'' орудия Канэ.
7 августа бомбардировка продолжалась и утихла только в 8 часов вечера. Мы потеряли в этот день подбитыми 9 орудий, а 1 пороховой погреб был взорван. Но еще ранее конца бомбардировки обнаружилось сосредоточение японской пехоты в складках местности против редутов. В 3 часа утра 8 августа японцы начали теснить наше сторожевое охранение, а в 5 часов бросились в атаку на редуты. Словно волны бушующего моря катились одна за другой на редуты колонны и цепи японцев и, разбившись под нашим огнем о проволочные сети впереди редутов, отбегали назад. В 11 часов атаки прекратились. Обессиленный ими противник стал подтягивать свежие войска. В 12 часов дня против редута No1 сосредоточились уже новые колонны японцев. Артиллерия наша молчала, обессиленная трехдневным поединком. Только несколько орудий могли еще стрелять. Видя, какие грозовые тучи надвигаются на редут No 1, генерал Горбатовский попросил выслать из резерва на усиление его гарнизона одну роту. Она подоспела вовремя: японцы уже были на правом фасе редута. Их встречал штыками комендант редута штабс-капитан Гусаковский всего лишь с 12 стрелками. Подошедшая рота спасла и эту горсть храбрецов, и редут. Японцы были отброшены с большим уроном. Они пытались еще раз атаковать редуты, но снова потерпели неудачу и в 5 часов вечера отошли назад.
В результате трехдневного боя редуты остались за нами, но в ужасном виде: все было на них исковеркано и разбито -- орудия, бруствера, блиндажи. Повсюду были лужи [189] крови, горы трупов и взрытой земли. После утомительного боя стрелкам пришлось приняться за работу восстановления редутов. Работали, однако, недолго. В 11 часов вечера, под покровом темноты, японцы снова двинулись на штурм. В этот раз редуты, может быть, и не устояли бы. Но на поле сражения находился комендант крепости генерал-лейтенант Смирнов, руководивший обороной атакованного фронта, -- и своевременно выслал на поддержку его два батальона моряков с судов эскадры (1000 человек). Они и отбили атаку.
С рассветом 9 числа редуты снова подверглись сперва бомбардировке, а потом и штурму. Их защищали отчаянно. Редут No 1 пять раз переходил из рук в руки. Видя невозможность взять его силою, японцы обрушили на жалкие остатки его насыпей и гарнизона такой сильный шрапнельный и фугасный огонь, что оставаться на нем не стало никакой возможности, -- и горсть храбрецов, его защитников, отошла к Китайской стенке. Та же участь постигла в конце концов и редут No2, атакованный одновременно с первым, но с меньшим напряжением. Его судьбу также решил артиллерийский огонь. Отобрать редуты назад у генерала Горбатовскаго не было уже сил: в резерве оставалось всего лишь 300 человек. Только к вечеру генерал Кондратенко мог прислать на Восточный фронт 1 1/2 батальона стрелков, а затем прибыл и сам, чтобы на месте ознакомиться с положением дел. Между тем японцы, заняв редуты, стали их укреплять. В то же время, пользуясь своим успехом, они атаковали Куропаткинский люнет, но были от него отбиты с большим уроном.