Японский народ, лишившийся теперь возможности безданно, беспошлинно добывать на Сахалине сельдяной тук, [22] лес, рыбу, каменный уголь, остался крайне недоволен этой сделкой, -- и печать объявила Россию "коварным врагом" Японии, "жестоким ее притеснителем" и т. п. И хотя Россия не участвовала ни в одной из военных демонстраций, имевших целью открыть свободный доступ в Японию иноземцам и устроенных в 1854 г. американцами, а в 1864 г. -- англичанами, французами и голландцами; хотя она ни разу не пыталась воздействовать на Корею в пользу христиан посылкой своей эскадры, как это сделали в 1866 г. французы, а в 1871 г. -- американцы; хотя, наконец, она все свои дела с Китаем вела также совершенно мирным путем, не следуя примеру англичан, бомбардировавших в 1856 г. форты к югу от Кантона и повторивших на другой год эту военную демонстрацию вместе с французским флотом, -- тем не менее именно Россия казалась Японии опаснейшим ее врагом, и каждое ее мероприятие рассматривалось как угроза независимости и развитию Японии.
Конечно, здесь не обошлось без посторонних влияний -- влияний наших европейских недругов.
Со всем этим надлежало считаться и бороться. Но гордые своей прошлой славой, своей международной репутацией "северного колосса", мы считали "неотъемлемым добытое веками право обосноваться на тихоокеанском побережье" и, пренебрегая косыми взглядами на нас японцев, предоставляли событиям идти и развиваться своим чередом. Мы словно не замечали лихорадочного возбуждения, с которым в это время происходило в Японии обновление всей ее государственной жизни. Реформы следовали одна за другой -- и в течение двух десятилетий (1870-1890 гг.) Япония совершенно преобразилась: феодальный строй уничтожен, столица перенесена из Киото в Эдо (Токио), проведены железные дороги, введена золотая валюта, развилась промышленность, торговля, страна покрылась сетью кредитных учреждений, образование сделано всеобщим и обязательным, издан свод законов, реорганизованы на европейский лад армия и флот, численность которых [23] значительно увеличена, и, наконец, стране дарована конституция{15}.
На Дальнем Востоке, несомненно, возникала новая сила... А мы по-прежнему жили не спеша, довольствуясь в отношении дальневосточной окраины полумерами. Так, в 1855 г. мы начали колонизовать берега и низовья Амура. Но туда никто не шел из центральной России, и ясно почему: в воздухе уже чуялось падение крепостного права, подавались адреса, созывались комитеты и комиссии, -- и крестьянство ждало разрешения жгучего вопроса на родной земле. Тогда явилась мысль о принудительном заселении этого края штрафованными солдатами из Забайкалья, а Сахалина -- преступниками со всей России. Конечно, и из этих мероприятий ничего не вышло. Сахалинские природные богатства не были вовсе использованы, а Приамурье так и осталось незаселенным, некультурным краем.
В 1860 г. для закрепления нашего владычества на Дальнем Востоке создан был Владивосток как административный центр края, как крепость и порт. Последний был обширен, но замерзал. И только через 35 лет мы начали искать другой, незамерзающий порт для обеспечения свободы действий нашего тихоокеанского флота. Но для обеспечения его углем мы не сделали за все это время ничего, и, когда грянула война, наш флот не имел нигде -- ни в Атлантическом, ни в Индийском, ни в Тихом океанах -- ни одной собственной угольной станции.
Наконец, начав в 1891 г. строить железную дорогу через всю Сибирь{16}, мы ничего не изменили ни в темпе работ, ни в расчетах ее провозоспособности не только после событий 1894-1895 гг.,{17} когда отношения к нам японского народа достигли апогея враждебности, но и после событий 1900 г.{18}, указывавших на развитие чувства протеста против европейского нашествия на Азию в исконных ее обитателях.
Наша дипломатия словно не замечала, что каждому новому нашему шагу на Дальнем Востоке, как бы скромен и робок он ни был, соответствует и шаг Японии, долженствующий [24] уравновесить ее шансы на успех в возможной борьбе с нами.
В 1875 г. Япония уступила нам весь Сахалин. В следующем же году она возмещает эту потерю договором с Кореей об открытии ей порта Фузан и оккупацией островов Рюкю{19}. Ступив однажды на территорию Кореи, Япония быстро расширяет здесь сферу своего влияния. В 1880 г. она получает уже доступ в порты Гензан и Чемульпо, а в 1881 г. содействует свергнутому регенту захватить короля Кореи. Потерпев в лице этого регента, захваченного китайскими властями, неудачу, Япония в 1885 г., уже за свой счет и страх, не прячась больше ни за чьи спины, производит в Корее дворцовую революцию, во время которой японские солдаты захватывают в плен корейского короля. Корея постепенно, все более и более выходит из-под власти и влияния своего суверена -- Китая и подчиняется влиянию Японии. Японцы навязали ей никелевую монету, изгнанную из Японии; для своих стратегических целей они провели в стране телеграф, построили железную дорогу Фузан -- Сеул, организовали переселение в Корею японских эмигрантов и для охраны их ввели в страну японские войска. Только последнее обстоятельство обратило внимание нашего правительства на усиление Японии в Корее, но, будучи настроено миролюбиво, оно быстро удовлетворилось ответом, что увеличение японских войск в Корее незначительно.
Между тем здесь все уже было подготовлено к окончательному переходу Кореи из-под протектората Китая под покровительство Японии. Нужен был только внешний повод для войны с Китаем. К ней усиленно готовились, и в этой подготовке крупную и деятельную роль сыграл первый же парламент Японии, созванный в 1890 г. Именно с этого времени замечается ускоренное развитие численности вооруженных сил Японии и усиление их боевой готовности всеми усовершенствованиями новейшей военной техники.
В 1894 г. бывший регент Кореи, не раз уже пытавшийся свергнуть законное правительство страны, вернулся на родину [25] из китайского плена и снова поднял знамя восстания. Основываясь на конвенции своей с Китаем 1885 г., предоставлявшей обоим этим государствам при возникновении в Корее смуты немедленно же высаживать свои войска на полуостров для восстановления порядка, Япония заявила Китаю о своем намерении воспользоваться этим правом. Китай, ссылаясь на свои верховные права над Кореей и понимая расчеты японцев, искавших только случая увеличить еще более свои войска в Корее, отказал им в совместной оккупации Кореи как излишней мере, не отвечающей размерам смуты. Япония не подчинилась этому отказу, усилила свои войска в Корее и предъявила корейскому правительству ряд требований относительно реформ во всех отраслях государственной жизни. Получив уклончивый ответ от корейского правительства, а от китайского -- требование вывести свои войска из Кореи, Япония без объявления войны заняла Сеул, овладела особой короля и открыла военные действия как на море, так и на суше внезапными нападениями на китайские войска и суда.