Первая самостоятельно продѣланная работа -- сличеніе "Esprit de lois" Монтескье съ "Наказомъ" Импер. Екатерины окончательно убѣдила его въ безплодности университета и послѣ неудачнаго экзамена онъ его покидаетъ.
Къ сожалѣнію за время пребыванія въ университетѣ Толстой не использовалъ другого источника образованія -- общества развитыхъ товарищей. Подобно Лермонтову, Толстой замкнулся въ узкомъ кружкѣ товарищей аристократовъ и свѣтскихъ гостиныхъ. Онъ не прочь былъ помечтать вмѣстѣ со своей тетушкой о флигель-адъютантскихъ эполетахъ или карьерѣ дипломата. Тетушка мечтала и о выгодной женитьбѣ и твердо была увѣрена, что "ничто такъ не формируетъ молодого человѣка, какъ связь со свѣтской женщиной".
Самъ Толстой былъ твердо проникнутъ принципами comme il faut. Они состояли въ четырехъ заповѣдяхъ: 1) умѣньѣ чистить ногти и носить особаго покроя панталоны въ соотвѣтствіи съ особой формой сапога, 2) въ умѣньѣ кланяться, танцовать, разговаривать "непринужденно", 3) въ совершенномъ произношеніи по французски и 4) -- самое важное въ особомъ тонѣ равнодушія и презрѣнія ко всему и всѣмъ.
Людей Толстой дѣлилъ на три группы, изъ коихъ первая -- люди comme il faut, вторая -- люди не comme il faut, которыхъ Толстой прямо ненавидѣлъ и третья -- остальной, людъ, простой народъ, котораго Толстой просто не замѣчалъ.
Но рядомъ съ этими феодально аристократическими настроеніями въ душѣ Толстого совмѣщались и другія, несомнѣнно навѣянныя чтеніемъ. Въ возрастѣ 14--20 лѣтъ Толстой успѣлъ кое что прочитать. "Огромное" вліяніе имѣли на него произведенія Руссо, нагорная проповѣдь по евангелію Матвѣя, "очень большое" -- "Записки охотника" Тургенева, "Антонъ Горемыка" Григоровича, "Герой нашего времени" Лермонтова, "Разбойники" Шиллера ("очень большое впечатлѣніе!") и кое что Пушкина.
Выборъ чтенія небольшой, но очень характерный: три мотива будущей философіи: евангелическій, народническій, и анархическій -- отражаются въ перечисленныхъ произведеніяхъ. Подъ ихъ вліяніемъ -- усиленная жажда совершенствованія, потребность быть всѣми любимымъ, надежда на тщеславное счастье и отвращеніе къ самому себѣ и раскаяніе, "слитое съ надеждой на счастье и не заключающее въ себ ѣ ничего печальнаго". Это послѣднее признаніе очень характерно для переживаній Толстого. Въ самобичеваніи и жаждѣ усовершенствованія крылся какой то элементъ удовольствія, особеннаго барскаго наслажденія. Мечты о личныхъ подвигахъ и самоусовершенствованіи соединялись съ наивными планами помѣщика благодѣтельствовать своихъ крестьянъ. "Не моя ли священная и прямая обязанность, писалъ онъ своей теткѣ, заботиться о счастьѣ этихъ семисотъ человѣкъ, за которыхъ я долженъ буду отв ѣ чать Богу",-- мысль очень близкая автору знаменитой "Переписки съ друзьями".
Оставляя университетъ (1847) Толстой озабоченъ составленіемъ правилъ поведенія, и за два года жизни въ деревнѣ предполагаетъ совершить массу дѣлъ, осуществить цѣлую программу занятій. Эта программа и наивна, и характерна: тутъ и громадная вѣра въ свои силы и полное незнаніе размѣровъ предполагаемаго труда. Задачи поставлены до смѣшного -- огромныя: 1) изучить весь курсъ юридическихъ наукъ,
2) изучить практическую медицину и часть теоретической,
3) изучить языки: французскій, нѣмецкій, русскій, англійскій, итальянскій и латинскій, 4) изучить сельское хозяйство какъ теоретически, такъ и практически, 5) изучить исторію, географію и статистику, 6) изучить математику -- гимназическій курсъ, 7) написать диссертацію, 8) достигнуть высшей степени совершенства въ музыкѣ и живописи, 9) написать правила (начало будущихъ моралистическихъ плановъ), 10) получить нѣкоторыя познанія въ естественныхъ наукахъ и 11) составить сочиненія изъ всѣхъ предметовъ, которые будутъ изучаться.
Планъ не маленькій -- на долгую жизнь, а не на два года! Замѣчательно, что къ этому же времени опредѣляется и отношеніе Толстого къ женщинѣ. Въ запискахъ его мы находимъ слѣдующую тираду: "смотри на общество женщинъ, какъ на ту необходимую непріятность жизни общественной и, сколько можно, удаляйся отъ нихъ".