-- Такъ было -- такъ будетъ.
И вдругъ власть Двадцатаго утратила свое таинственное обаяніе.
..."Сразу изъ множества отдѣльныхъ маленькихъ, незамѣтныхъ сопротивленій выросло огромное, непобѣдимое движеніе... Сразу открылись всѣ старыя, многовѣковыя язвы, и съ гнѣвомъ народъ почувствовалъ голодъ, несправедливость и гнетъ... И вдругъ сталъ на дыбы огромный, взъерошенный одною минутою свободнаго гнѣва мстящій укротителю за годы униженій и пытокъ".
Но вотъ король, нѣсколько разъ обманувъ народъ притворными уступками, пробуетъ бѣжать. Его уличаютъ въ измѣнѣ. И запертый въ башнѣ черезъ своихъ сторонниковъ сѣетъ онъ измѣну. А часы продолжаютъ тикать.
-- Такъ было -- такъ будетъ...
Рухнула, наконецъ, власть одного, распались черные своды тюрьмы -- и ясное небо надъ головою.
-- Свобода -- шепчетъ кто-то тихо и нѣжно, какъ имя возлюбленной-.
-- Свобода!-- говоритъ кто-то, задыхаясь отъ безмѣрной радости,-- весь стремленіе, весь вдохновеніе и полетъ.
-- Свобода!-- звучитъ желѣзо.
-- Свобода!-- поютъ струны.