Вотъ она та новая "непонятная" любовь, до которой далеко Христу съ его любовью.
Самая формула этой новой, еще непонятой любви, заключаетъ въ себѣ самой логическое и психологическое противорѣчіе.
Стыдно быть хорошимъ!
Слово стыдно указываетъ на присутствіе въ человѣкѣ начала добра, совѣсти. Если стыдно, то значитъ, въ душѣ есть доброе начало,-- какъ основное, какъ критерій, и вотъ это добро кричитъ: стыдно; добро само себя отрицаетъ. Это то, что въ логикѣ обычно называется contradictio in adjecto.
-- Безполезно быть хорошимъ.
-- Не стоитъ быть хорошимъ.
-- Не хочу быть хорошимъ.
Это и понятно и можетъ быть логично обоснованнымъ.
Но сказать Стыдно быть хорошимъ,-- это просто нелѣпость, просто логическій, психологическій и философскій non-sens. Своего рода художественная обмолвка Андреева.
И такой non sens берется защищать умный и тонкій критикъ H. М. Минскій. Обычная склонность къ софистикѣ приводитъ его къ аргументамъ прямо изумительнымъ. Герой "тьмы" -- это не кто иной, утверждаетъ онъ, какъ вся дореволюціонная русская интеллигенція. Но вѣдь она опрощалась и шла въ народъ, отказываясь отъ ложной культуры и вѣря въ то, что народная совѣсть и народное (общинное) міровоззрѣніе ближе къ истинѣ и добру, чѣмъ идеалы такъ называемаго культурнаго общества. Достоевскій "добровольно погрузился во тьму исконныхъ началъ" только потому, что въ нихъ видѣлъ не тьму, а свѣтъ истины, и вовсе не для того, чтобы быть "вмѣстѣ съ народомъ во мракѣ суевѣрія и рабства". Великій и ничѣмъ не оправдываемый поклепъ бросаетъ Минскій и на Толстого, увѣряя, что "Толстой добровольно ушелъ во тьму недѣланія и непротивленія, чтобы быть вмѣстѣ съ народомъ во мракѣ и невѣжествѣ, чѣмъ отдѣльно отъ него въ свѣтѣ культуры". Тутъ ужъ прямо порывъ софистическаго краснорѣчія. Г. Минскій отлично знаетъ, что Толстой говоритъ о недѣланіи ненужнаго, пустого, вреднаго или требуемаго ложными интересами ложной культуры. Его недѣланіе не мѣшаетъ ему трудиться всѣми своими силами и средствами для распространенія добра, и его непротивленіе злу есть только непротивленіе злу злыми средствами, рождающими только зло. Извѣстная статья маститаго старца: "Не могу молчать* -- есть противленіе злу разумными, по мнѣнію Толстого, средствами увѣщанія и убѣжденія.