Такъ во время стачекъ и забастовокъ могутъ поступать только наиболѣе отсталые и темные элементы рабочаго класса. Какъ бы враждебно ни былъ настроенъ рабочій къ фабриканту, онъ все же прекрасно понимаетъ, что фабрика не только источникъ несправедливыхъ доходовъ ея владѣльца, но и кормилица -- рабочаго.
Желѣзными связями соединилъ капитализмъ работника съ фабрикой и не въ уничтоженіи фабрики видитъ свое освобожденіе современный рабочій, а въ совершенно новыхъ условіяхъ распредѣленія труда, капитала и-прибылей.
Заставить уничтожить фабрику могло бы только чистое безуміе, но обвинять въ безуміи цѣлый классъ населенія. у Андреева нѣтъ никакихъ фактическихъ и психологическихъ основаній.
Знаетъ ли Андреевъ рабочихъ? Какіе рабочіе типы рисуются воображенію нашего талантливаго писателя?
Передъ нами три типа. Только три.
Первый рабочій съ могучей фигурой, напоминающей Геркулеса Фарнезскаго. Громадные мускулы, огромное туловище и небольшая слабо развитая голова, съ тускло-покорными глазами; бычья тупость выраженія.
Этотъ рабочій самъ сознается, что голова его плоха; онъ ничего не можетъ понять и не знаетъ, что дѣлаетъ и что нужно дѣлать.
Второй рабочій -- молодой, истощенный, чахоточный. Напоминаетъ по прекраснодушію чеховскихъ героевъ. Онъ вѣритъ, что изъ его крови вырастутъ прекрасные цвѣты, и вся жизнь будетъ сплошной садъ цвѣтовъ. Онъ врагъ насилія.
-- Какъ -- восклицаетъ онъ въ негодованіи:-- черезъ насиліе къ свободѣ? Черезъ кровь къ любви и поцѣлуямъ? Никогда!
Третій рабочій -- старикъ, въ образѣ котораго Андреевъ воплощаетъ милліоны. Сухой, безцвѣтный, будто долго, всю жизнь его мочили въ кислотахъ, уничтожающихъ краски. Когда онъ говоритъ,-- кажется, будто говорятъ милліоны безцвѣтныхъ существъ, почти тѣней.