Мистики обыкновенно отдѣляютъ равноправность женщинъ отъ ихъ равноцѣнности съ мужчиной. Они боятся, какъ бы вѣчно женственное начало не пострадало отъ эмансипаціи. Они хотятъ, что бы женщина осталась Беатриче Данта, мадонной, хранила бы въ себѣ вѣчно женственное, безъ влюбленности въ которое мужчина ничего не сотворилъ бы въ исторіи,-- не было бы міровой культуры.
Но мистики не хотятъ видѣть, что это "вѣчно женственное" давно уже стало жертвой капитализма и созданныхъ имъ условій труда. Капитализмъ -- этотъ Молохъ современнаго человѣчества, пожираетъ жизни дѣтей и взрослыхъ, убиваетъ непосильнымъ трудомъ женщину, превращая ее въ безполое и безсильное существо. Онъ разрушилъ семью съ ея старымъ хозяйственнымъ укладомъ, отнялъ мать у дѣтей, поставилъ ее въ одну шеренгу съ рабочимъ мужчиной.
Освобожденіе женщины наступитъ не раньше, чѣмъ освобожденіе всего человѣчества. Теперь только ясно одно: что возврата назадъ нѣтъ, что старыя формы семейныхъ отношеній разлагаются подъ вліяніемъ равнаго для всѣхъ и одинаковаго рабства труда и необходимости нести на рынокъ свои физическія и духовныя силы.
Тѣ безспорныя завоеванія, которыя сдѣланы уже въ области женскаго вопроса и могутъ быть признаны какъ вѣхи, указывающія дальнѣйшій путъ, сводятся къ слѣдующимъ положеніямъ.
Формы брака эволюціонируютъ. Нельзя однако съ увѣренностью утверждать, что та или другая форма брака всецѣло соотвѣтствуетъ опредѣленному экономическому укладу жизни. Весьма правдоподобно, что моногамія явится высшей наиболѣе соотвѣтствующей духовнымъ потребностямъ человѣка формой брачной жизни. Достиженію этой высшей формы семейнаго счастья наиболѣе содѣйствуетъ право развода, устраняющее несчастливые и неудачные, браки и допускающее возможность устраненія ошибокъ. Правомъ развода создается временный характеръ брака или то, что проф. Форель называетъ пробными браками (т. е. браками, не закабаляющими людей на всю жизнь). Рядомъ съ бракомъ слѣдуетъ признать за женщиной великое право материнства съ предоставленіемъ дѣтямъ всѣхъ гражданскихъ правъ.
Разрѣшеніе вопроса о бракѣ, разводѣ, материнствѣ можетъ получить свою окончательную форму только при условіи полнаго равноправія -- женщинъ и мужчинъ и организацій общественныхъ силъ и труда на новыхъ началахъ коллективизма. Но такъ какъ такая хозяйственная организація общественныхъ силъ пока только еще намѣчается въ теоріи и весьма далека до осуществленія, то пока возможны только полумѣры на пути къ намѣченной цѣли и рядъ подготовленныхъ шаговъ. Необходимо юридическое и политическое равноправіе женщинъ, котораго уже добились, напримѣръ, женщины Финляндіи. Необходима разумная постановка воспитанія и образованія дѣтей обоего пола. Въ цѣляхъ болѣе серьезнаго и спокойнаго отношенія молодежи обоего пола къ половымъ вопросамъ въ высшей степени желательно совмѣстное обученіе дѣтей и юношества обоего пола, какъ въ низшей, такъ и средней и высшей школахъ. Такое совмѣстное обученіе дѣйствуетъ на молодежь въ высшей степени благотворно и въ духовномъ и физическомъ отношеніи.
Вмѣстѣ съ тѣмъ лучшіе педагоги давно признали необходимость серьезнаго и своевременнаго ознакомленія дѣтей съ ихъ половой природой. Институтскія теоріи аиста должны быть разъ навсегда оставлены, какъ возбуждающія только нездоровое любопытство дѣтей. Прекрасный разсказъ Андреева "Въ туманѣ" даетъ намъ живую иллюстрацію тѣхъ послѣдствій, къ которымъ приходитъ неосвѣдомленность дѣтей и юношества въ основныхъ вопросахъ пола и полное одиночество дѣтей въ семьѣ, когда является необходимость въ самыхъ серьезныхъ указаніяхъ и совѣтахъ. Ложная стыдливость и жеманство, царящія въ нашихъ семьяхъ, приводятъ въ концѣ концовъ къ самымъ печальнымъ послѣдствіямъ.
V.
Все, сказанное выше о женскомъ движеніи, въ русской литературѣ имѣетъ свою длинную исторію {Ср. между прочимъ книгу А. Коллонтай "Женское движеніе" и ст. Е. Кусковой въ "Образованіи" за 1909 годъ No 1.}. Много труда, много доброй энергіи, много свѣтлыхъ усилій было проявлено для того, что бы разобраться въ сложныхъ вопросахъ семьи, любви, женскаго равноправія. И русская интеллигенція можетъ по совѣсти гордиться достигнутыми результатами. Въ мѣру силъ и возможности сдѣлано было весьма и весьма достаточно.
Та волна порнографической литературы, о которой мы будемъ говорить ниже, ничего общаго не имѣетъ съ выдвинутыми свыше и разрѣшенными уже, отчасти, вопросами. Эта волна иного литературнаго происхожденія и возникла на иной психологической почвѣ. Она возникла не изъ потребности общественнаго и соціальнаго строительства, а изъ отрицанія этого строительства въ принципѣ, изъ полнаго равнодушія къ задачамъ политическимъ и соціально-экономическимъ.