— У тебя преуморительный вид, — сказал, развеселившись, калиф. — Особенно забавно ты машешь хвостом. Жалко, что здесь нет твоей жены, то-то посмеялась бы она вместе со мной над этим новым твоим украшением.
И оба стали беззаботно смеяться.
— Боже мой, что мы наделали! — внезапно спохватился визирь. — Ведь сказано, чтобы мы не смели смеяться, а не то останемся журавлями навек. Скорее же вымолви волшебное слово, которое превратит нас в людей.
Но напрасно несчастный калиф старался вспомнить волшебное слово, оно ушло из его памяти бесследно.
— My... му... му... — лепетал он растерянно, но дальше припомнить не мог.
— Мукатор, муратор... — бормотал вслед за своим повелителем в припадке ужаса великий визирь, бормотал весь день и всю ночь, покуда наконец не убедился, что волшебное слово забыто и что не бывать ему визирем никогда.
Уныло поплелись они обратно к болоту, чувствуя страшное изнеможение и голод. Ах, если бы им горячего кофе да жареной, дымящейся баранины! Два дня они не ели ничего. Тайком от визиря, за кусточком, клюнул калиф лягушонка, а потом — червяка, а потом какую-то мелкую болотную змейку. Ему совестно было взглянуть на товарища. Когда же наконец он взглянул, то почувствовал большое облегчение: визирь с таким же застенчивым видом охотился за жирной увесистой жабой. Потом, хлебнув грязноватой воды из болота, оба друга погрузились в сон. Отдохнув, они полетели обратно в столицу и долго кружились над башнями бывшего калифова дворца. Башни были украшены флагами, и на улицах толпился народ. «Боже мой, если бы только они догадались, что я, жалкий длинноносый журавль, — их царь!» — в отчаянии воскликнул калиф. Но народ и не глядел на него. Все взоры были устремлены на какого--то юношу, который в богато расшитом кафтане, на великолепном коне медленно ехал по площади, приветствуемый радостными криками.
— Да здравствует великий Мирза! — кричал народ. Калиф услыхал эти крики и с сокрушением молвил:
— Они выбрали себе другого калифа. Этот Мирза был
моим злейшим врагом. Его отец Рашанур — дьявольски хитрый колдун — давно уже замыслил погубить меня и сделать калифом своего сына. Теперь это ему удалось. Я уверен, что проклятый золотой порошок, который довёл нас до гибели, изготовлен колдуном Рашануром.