-- Няня, вы устали, идите спать, проговорила Василиса.
-- Нѣтъ, матушка, я васъ однѣхъ не оставлю; вдругъ что понадобится.
-- Идите, проговорила еще разъ Василиса и прибавила: я не могу заснуть, ежели вы будете стоять здѣсь.
Марфу Ильинишну начинала сильно одолѣвать дремота; она разсудила, что, можетъ быть, въ самомъ дѣлѣ, своимъ присутствіемъ въ комнатѣ мѣшаетъ барынѣ заснуть.
-- Такъ я пойду-съ, произнесла она, а коли что нужно, вы изволите кликнуть... На всякій случай, оставлю дверь открытою.
-- Нѣтъ, няня, ужъ вы лучше и дверь закройте. Я позову. Прощайте.
Василиса отвернулась и закрыла глаза.
Няня постояла нѣсколько минутъ въ раздумьи, потомъ перекрестила барыню и на цыпочкахъ вышла изъ комнаты.
Все утихло; домъ спалъ; мертвая тишина стояла во всѣхъ комнатахъ. Василиса приподняла голову съ подушки. Теперь она одна, она можетъ отдаться своему горю, никто не помѣшаетъ.
-- Наташа! милая моя, дорогая!... раздался чуть слышно ея голосъ.