Когда Антонъ Степановичъ собрался идти домой, онъ поцѣловалъ у Василисы Николаевны руку и назвалъ ее еще разъ своею благодѣтельницею.
Ей было утѣшительно думать, что тѣмъ малымъ, что она сдѣлала, она облегчила этому человѣку первыя тяжелыя минуты одиночества. Черезъ нѣсколько дней онъ пришелъ съ ней проститься; пріѣхали его родственники и увозили съ собой въ Петербургъ.
Василиса пожелала ему добраго пути, и опять сосредоточилась въ своей грусти.
VII.
Съ утренней почтой пришло письмо.
Когда его подали Василисѣ, она измѣнилась въ лицѣ и нѣсколько мгновеній держала письмо въ рукахъ, не рѣшаясь раскрыть. Конвертъ былъ большой, квадратный, съ выпуклымъ вензелемъ, увѣнчаннымъ короною; почеркъ четкій, нѣсколько банальный.
Раскрывъ, наконецъ, письмо, она прочла его медленно и задумалась. Черезъ нѣсколько минутъ прочла еще разъ. Затѣмъ взяла листъ почтовой бумаги, написала нѣсколько строкъ и позвала Марфу Ильинишну.
-- Няня, голубчикъ, возьмите сейчасъ извощика; поѣзжайте къ князю Сокольскому и свезите ему эту записку. Только скорѣй, пожалуйста.
-- Сію минуту-съ.
Няня взяла записку и немедленно собралась.