-- Обстоятельство, которое васъ такъ смущаетъ, не существуетъ болѣе, проговорилъ Борисовъ надъ ея ухомъ... Дѣвушки этой нѣтъ въ Женевѣ. Еще разъ я отдаюсь весь въ ваши руки...
Она не слушала и только старалась освободиться отъ его объятій.
-- Не хотите? продолжалъ Борисовъ. Воля ваша. Стало быть, кончено, навсегда?... Поэма прочитана до послѣдняго стиха... Если такъ -- закроемте книгу. Но прежде намъ слѣдуетъ проститься... Когда лебедь умираетъ, онъ поетъ въ первый и въ послѣдній разъ своей жизни; пусть же наше прошлое, умирая, пропоетъ свою лебединую пѣснь...
Онъ нагнулся и, тихо придерживая ея голову, поцѣловалъ сначала край ея щеки, потомъ губы его скользнули и прижались къ ея губамъ.
Она закрыла глаза.
"Умереть бы такъ..." подумала она.
Борисовъ всталъ.
-- Теперь пойдемте домой, проговорилъ онъ.
Они пошли молча по пустыннымъ улицамъ и у дверей дома простились.
Жизнь -- быстро текущая рѣка, а не неподвижно стоящее озеро: одно впечатлѣніе гопитъ другое, одинъ психическій моментъ смѣняется другимъ.