-- И какъ бы вы рѣшили?
Борисовъ улыбнулся.
-- Однако, какъ вы умѣете добиваться, когда вамъ нужно... Я, мнѣ кажется, сталъ бы прежде всего разсматривать вопросъ съ дѣловой точки зрѣнія. Явно, что здѣсь кроются разсчеты, итогъ которыхъ супругъ вашъ старается подвести въ свою пользу. Узнать, въ чемъ состоятъ эти разсчеты,-- ближайшая задача; а потому, мнѣ кажется, стекла бить не приходится. Обождите, дайте выясниться положенію; затѣмъ, окончательное рѣшеніе всегда остается въ вашихъ рукахъ.
У Василисы нервы болѣли; она была готова заплакать. Указывая ей практическій путь, Борисовъ не принималъ никакого участія въ ея душевныхъ треволненіяхъ. Ей казалось, что онъ намѣренно не понималъ ея и отказывалъ ей въ сочувствіи, въ которомъ она такъ нуждалась.
-- Я буду, стало быть, выжидать? проговорила она.
-- Это самый практичный образъ дѣйствій.
Она надѣялась услышать слово живого участія и потому такъ скоро пошла на уступку.
Онъ отвѣчалъ однимъ холоднымъ одобреніемъ. Каждое его слово, сдержанное и разсудительное, почему-то раздражало ее. Слезы брызнули у нея изъ глазъ. Она отвернулась и, прислонясь лицомъ къ дивану, сидѣла нѣсколько минутъ, не шевелясь. Борисовъ ходилъ по комнатѣ.
-- Сергѣй Андреевичъ, окликнула она его.
Онъ остановился. Она встала, пошла къ нему навстрѣчу и взяла его обѣ руки.