-- Да, некомфортабельно, отвѣчалъ Борисовъ, однако этой обстановкой поневолѣ довольствуются двѣ трети путешествующаго человѣчества, покуда вы сидите на бархатныхъ подушкахъ и аристократически изолируетесь въ отдѣльныхъ купэ.
-- Но вѣдь ты не изъ-за этихъ соображеній ѣздишь въ третьемъ классѣ? спросила, помолчавъ, Василиса.
Борисовъ засмѣялся.
-- Разумѣется, нѣтъ, времена Рахметовыхъ прошли! Такъ, просто, не вижу надобности баловать себя. Я отъ роскоши отвыкъ... Да къ тому же, когда часто ѣздишь, и разсчетъ.
Вѣра, кончивъ осмотръ карты, подошла къ Василисѣ. Борисовъ всталъ, уступивъ ей свое мѣсто.
Скоро раздался звонокъ, подъѣзжалъ поѣздъ, толпа блузниковъ и женщинъ высыпала на площадку.
-- Не выходите, мы здѣсь простимся, сказалъ Борисовъ.
Онъ снялъ шляпу и пожалъ руку Вѣры.
Василиса дошла съ нимъ до двери.
-- Прощай, сказала она тихо. Какими долгими покажутся мнѣ теперь дни... По крайней мѣрѣ, напиши.