Абрамъ, по пріѣздѣ въ Устьсысольскъ, собралъ себѣ широкодульную винтовку для стрѣльбы оленей, гусей и лебедей. Условіе съ мастеромъ было такого рода,-- чтобъ винтовка била на восемьдесятъ саженей въ пятно съ ладонь величиною. Хлопотъ и возни, предположеній и сладкихъ надеждъ было множество; но толку вышло мало: собранная и десять разъ вывѣренная винтовка не била и на половинную дистанцію, что очень смущало Абрама, никакъ не хотѣвшаго сознаться въ плохомъ достоинствѣ своего новаго оружія, изъ котораго онъ въ продолженіе всего лѣта еще пера не вышибъ изъ птицы.
Скоро мы собрались, спустили свою походную охотничью лодочку, усѣлись и поплыли вверхъ по Сысолѣ, придерживаясь лѣваго песчанаго ея берега, чтобъ не такъ трудно было бороться съ теченіемъ, чрезвычайно быстрымъ отъ осенней прибыли воды. Подувалъ вѣтерокъ и снѣжило. Мы обогнули маленькій островокъ посреди Сысолы, выбились изъ бойкой быстрины, бьющей съ мыса, острымъ угломъ вдавшагося въ рѣку, и поплыли около ракитника. Зоркій глазъ Абрама замѣтилъ вдали пару утокъ.
-- Не вижу... Гдѣ? опросилъ Александръ Ивановичъ, напрягая свое зрѣніе въ даль, которая совершенно тонула въ сумрачной погодѣ.
-- Вонъ, вонъ -- смотрите противъ песку-то колыхаются.
Я, какъ ни смотрѣлъ, тоже ничего не могъ разглядѣть.
-- Што-й-то, неужели не видите? Смотрите, вонъ, одна унырнула; вонъ, другая -- противъ кола-то, что на берегу торчитъ.
-- А, вижу, вижу. Греби сильнѣй! вскричалъ радостно В.
Скоро и я разсмотрѣлъ пару черныхъ утокъ, плававшихъ недалеко отъ берега и безпрестанно нырявшихъ. Мы приблизились къ нимъ шаговъ на сто. Утки начали озираться, перестали нырять и тѣсно жались другъ къ дружкѣ. Потомъ, избоченясь, и безпрестанно повертывая головки, онѣ быстро поплыли прочь.
-- Вотъ сплылись на одну мишень, стрѣляйте,-- прошепталъ Абрамъ.
Я приложился и выстрѣлилъ. Одна утка скрылась подъ водой; другая снялась и полетѣла, описывая дугу около нашей лодки. Александръ Ивановичъ выстрѣлилъ въ-летъ, но сдѣлалъ промахъ; я подхватилъ ее другимъ выстрѣломъ; утка столбомъ взвилась кверху, часто замахала крыльями, но справилась, спустилась къ водѣ, потянула параллельно съ ея поверхностію и скоро исчезла изъ нашихъ глазъ.