А свистъ, говоръ, шумъ,-- какъ будто на разные голоса пѣлъ самъ воздухъ,-- все оглушительнѣе и разнороднѣе становился въ вышинѣ.
Въ этомъ общемъ птичьемъ хорѣ голосовъ слышны были звуки, о которыхъ трудно было сказать, къ какой породѣ дичи они относятся: пѣвчія ли то птицы, водяная ли дичь, или кулики, обитатели болотъ и прибрежныхъ песковъ.
Я побѣжалъ въ баньку и началъ толкать разоспавшагося В.
-- Александръ Ивановичъ! Александръ Ивановичъ!
-- Что вамъ? Дайте поспать.
-- Полноте спать, вставайте!
-- Зачѣмъ?
-- Вставайте, вставайте скорѣй. Пойдемте чудо слушать.
-- Какое еще тамъ чудо? Спать хочется.
-- Да отстаньте вы съ вашимъ сномъ! Говорятъ, пойдёмте! До сна-ли?