-- Торговецъ!-- передразнилъ солдатъ.-- А обыскать бы этого торговца... чтобъ по ночамъ не шлялся... да накостылять ему шею...
-- Подозрительный человѣкъ, ваше благородіе,-- сказалъ унтеръ-офицеръ;-- пока что, арестовать бы его, да...
-- Оставь,-- лѣниво отозвался офицеръ.-- Надоѣли, черти!
Людвигъ Андерсенъ стоялъ и молчалъ, и глаза его странно и тревожно блестѣли въ темнотѣ при свѣтѣ костра. И было странно видѣть его плотную маленькую фигурку, чистенькую и аккуратнуга, ночью въ полѣ, среди солдатъ, въ пальто, съ тростью и очками, сверкающими при огнѣ.
Солдаты оставили его и отошли. Людвигъ Андерсенъ постоялъ и пошелъ, и скоро скрылся во тьмѣ.
V.
Ночь какъ будто шла къ концу. Въ воздухѣ стало холодно, и верхушки кустовъ яснѣе выдѣлялись въ темнотѣ. Людвигъ Андерсенъ снова шелъ къ мѣсту военнаго поста. Но на этотъ разъ онъ прятался за кустами, пригибаясь и присѣдая. За нимъ тихо и осторожно, огибая кусты, неслышные, какъ тѣни, шли люди. И рядомъ съ Людвигомъ Андерсеномъ шелъ высокій и худой человѣкъ съ револьверомъ въ рукѣ.
Фигура солдата на пригоркѣ странно и неожиданно, не тамъ, гдѣ ее ожидали, замаячила, чутьчуть освѣщенная отблескомъ потухающаго костра. Людвигъ Андерсенъ узналъ его: это былъ тотъ самый солдатъ, который предлагалъ обыскать его. И ничего не шевельнулось въ душѣ Людвига Андерсена. Лицо у него было холодно и неподвижно, какъ у соннаго. Вокругъ костра спали врастяжку солдаты, и только унтеръ-офицеръ сидѣлъ, опустивъ голову на колѣни.
Высокій худой человѣкъ, который шелъ рядомъ съ Людвигомъ Андерсеномъ, вытянулъ руку съ револьверомъ и вдругъ выстрѣлилъ. Страшно яркій огонь сверкнулъ и погасъ съ оглушительнымъ трескомъ.
Людвигъ Андерсенъ видѣлъ затѣмъ, какъ часовой взмахнулъ руками и сѣлъ на черную землю, схватившись за грудь. Со всѣхъ сторонъ засверкали короткіе трескучіе огоньки и слились въ одинъ сухой, раздирающій воздухъ трескъ. Унтеръ-офицеръ вскочилъ и сейчасъ же повалился прямо въ огонь. Сѣрыя фигуры солдатъ, какъ призраки, метались во всѣ стороны, размахивая руками и падая и корчась на черной землѣ. Мимо Людвига Андерсена, какъ какая-то странная испуганная птица, размахивая руками, пробѣжалъ молоденькй офицеръ, и, какъ будто думая о чемъ-то другомъ, Людвигъ Андерсенъ поднялъ свою палку и изо всей силы, съ тупымъ противнымъ стукомъ, ударилъ ею по головѣ офицера. И офицеръ странно закружился, наткнулся на кустъ и сѣлъ послѣ второго удара, закрывая обѣими руками голову, какъ дѣлаютъ дѣти. Кто-то подбѣжалъ сбоку и выстрѣлилъ, какъ будто изъ-подъ самаго локтя Людвига Андерсена. Офицеръ какъ-то странно порывисто осѣлъ и свалился наземь, точно его съ силой бросили головой о землю, дернулъ ногами и мирно свернулся калачикомъ.