Дугановичъ. Вѣдь вы же не можете оставаться его женой?
Зина (вздрогнунъ). Нѣтъ, конечно, нѣтъ!.. Ни за что, никогда!..
Дугановичъ (борясь съ собою). А если такъ... Пусть вы и не любите меня, но вы уже были моею, мы близки... вы не можете оставаться здѣсь, а я люблю васъ...
Зина. Нѣтъ, это невозможно!.. (Какъ бы спросивъ внутрь себя). Этого не можетъ быть!..
Дугановичъ. Но почему же?..
Зина. Потому, что... потому... потому, что- я, все-таки, люблю его!..
Дугановичъ. Послѣ всего, что было?
Зина. Да, послѣ всего!.. Сначала думала -- ненавижу, презираю... но теперь вижу, что люблю... Люблю, несмотря на все, тѣломъ и душою люблю!.. Я любила его и вчера, когда... была у васъ!..
Дугановичъ. Ахъ!.. (Съ болью).
Зина. Да, да!.. Любила!.. И когда вы цѣловали меня, когда я отдавалась вамъ, я думала только о немъ, наслаждалась только тѣмъ, что и онъ будетъ мучиться, будетъ страдать!.. Онъ меня оскорбилъ, онъ мнѣ всю душу исковеркалъ, а вы меня любите, я знаю, но... если бы я ушла къ вамъ, а онъ изъ прихоти, по капризу, позвалъ бы меня къ себѣ хоть на день, хоть на часъ, на одну ночь, я бросила бы васъ и пошла!.. Развѣ я могу жить съ вами, когда всѣ мои мысли о немъ!.. За то, что вы не онъ, я возненавижу васъ!..