-- Лгать тебѣ я не хочу.
-- И ты ѣдешь?
-- Парижъ такъ и манитъ меня. У меня просто голова кружится, когда я объ немъ подумаю... Такой большой городъ... и Сен-Жерменъ близко, а не много дальше -- Фонтенебло, т. е. дворъ!
-- Значитъ, и отъѣздъ скоро?
-- Очень скоро.
Брискетта схватила голову Гуго и долго-долго ее цѣловала. Слезъ не могла она удержать и онѣ падали ей прямо на губки.
-- Если мы съ тобой тамъ встрѣтимся когда-нибудь, ты увидишь самъ, какъ я тебя люблю! сказала она. Одно хорошее мѣсто и есть у меня въ сердцѣ, и мѣсто это -- всегда твое.
И вдругъ, вырвавшись изъ его объятій и положивъ обѣ руки на его плечи, сказала:
-- А ты -- мѣть повыше!
Отъѣздъ Брискетты оставилъ большую пустоту въ сердцѣ и въ жизни Гуго. Ни охота, ни бесѣда съ маркизомъ де Сент-Эллисъ не могли наполнить. этой пустоты. Фехтованье съ Агриппой или съ Коклико, разъѣзды безъ всякой цѣли съ Кадуромъ также точно не развлекали его. Какое-то смутное безпокойство его мучило. Парижъ, о которомъ говорила Брискетта, безпрестанно приходилъ ему на умъ. Горизонтъ Тестеры казался ему такимъ тѣснымъ! Молодая кровь кипѣла въ немъ и бросалась ему въ голову.