-- Гм! твой молодецъ что-то слишкомъ скоро ушелъ для такого рѣшительнаго человѣка!
-- Я хорошо его знаю. Онъ и ушелъ-то только для того, чтобы послѣ лучше броситься на добычу.
-- А какъ его зовутъ?
-- Капитанъ д'ДАрпальеръ... Балдуинъ д'Арпальеръ... Ты объ немъ что нибудь слышалъ?
-- Кажется, слышалъ смутно, да еще по такимъ мѣстамъ, куда можно ходить только въ сумерки и въ темномъ плащѣ подъ цвѣтъ стѣны... когда приходитъ въ голову фантазія пошумѣть.
-- Именно... Не спрашивай, какъ я съ нимъ познакомился... Это было однажды вечеромъ, когда винные пары представляли мнѣ все въ розовомъ цвѣтѣ... Онъ воспользовался случаемъ, чтобъ занять у меня денегъ, которыхъ послѣ и не отдалъ, да я и требовать назадъ не стану по той простой причинѣ, что всегда не мѣшаетъ имѣть другомъ человѣка, способнаго на все!
-- И ты говоришь, что онъ -- капитанъ?
-- Это онъ клялся мнѣ, что такъ; но мнѣ сдается, что его рота гребетъ веслами на галерахъ его величества короля... Онъ увѣряетъ, что требуетъ отъ министра возвращенія денегъ, издержанныхъ имъ на службѣ его величества. А пока въ ожиданіи, онъ шлифуетъ мостовую, таскается по разнымъ притонамъ и живетъ всякими продѣлками. Я увѣренъ, что его можно всегда купить за пятьдесятъ пистолей.
-- Ну! значитъ, молодецъ!
-- Надо однакожь поспѣшить, если хотимъ застать его въ одномъ заведеніи, гдѣ ему отпускаютъ въ долгъ, а онъ осушаетъ бутылки, безъ счета, платя за нихъ разсказами о сраженіяхъ.