Они вошли въ ту галлерею, гдѣ былъ уже Гуго въ первый разъ, и по маленькой внутренней лѣстницѣ поднялись въ башенку на углѣ отеля, откуда, въ слуховое окно, видна была вся улица, вдоль которой тянулась стѣна сада. Два часовыхъ ходили съ ружьемъ на плечѣ.
-- Поручикъ Лореданъ отказался отъ осмотра отеля, прибавила принцесса Маміани, но не отъ надзора за нимъ. Попробуйте перепрыгнуть черезъ эту стѣну! развѣ вы хотите, чтобы та пуля, которая попадетъ въ васъ, поразила и меня въ самое сердце, скажите?
-- Чтожь дѣлать однакожь? вскричалъ онъ.
-- Идти за мной! слушаться меня! отвѣчала она.
Она склонилась къ нему, прижавшись къ его груди, какъ будто уже чувствовала рану, о которой она говорила, и увлекла Гуго въ ту комнату, гдѣ онъ сейчасъ скрывался. Біенья ея сердца, быстрыя и тяжелыя, отдались въ немъ, зараза страсти овладѣла имъ и, нагнувшись къ пылающему лицу принцессы, онъ произнесъ:
-- Я остаюсь!
XX.
Старое знакомство.
Невозможно было однакожь, чтобы, при всемъ упоеніи молодости к страсти, графъ де Монтестрюкъ и принцесса Маміани не одумались сами съ появленіемъ дневнаго свѣта.
Гуго не могъ надѣяться, чтобы его присутствіе оставалось у принцессы долго неоткрытымъ. Леонора ручалась, правда, за молчанье Хлои, обезпеченное вдвойнѣ -- интересомъ и преданностью; но оставаться долѣе значило компроментировать ее даромъ, не спасая самаго себя. Ничего не дѣлать, скрываться -- это значитъ почти признать себя виновнымъ; но его больше всего заботило положеніе самой принцессы, такъ великодушно предложившей ему пріютъ у себя въ отелѣ.