"Онъ постарается устроить, чтобы графъ де Шаржполь, сынъ вашъ, за присылку котораго онъ вамъ искренно вамъ благодаренъ, отправился съ нимъ, раздѣляя опасности и славу этой далекой экспедиціи.
"Будьте увѣрены, графиня, что онъ доставитъ ему случай придать своей храбростью новый блескъ славному имени, наслѣдованному отъ предковъ. Это лучшее средство доказать ему мою благодарность за доказанную имъ преданность мнѣ и мое уваженіе къ носимому имъ имени.
"Куда бы я ни пошелъ, онъ пойдетъ со мной. Отъ васъ, графиня, онъ научился быть хорошимъ дворяниномъ; отъ меня научится быть хорошимъ солдатомъ. Остальное -- въ рукахъ Божьихъ.
"Позвольте мнѣ сложить у ногъ вашихъ увѣренія въ неизгладимомъ воспоминаніи и въ глубочайшемъ уваженіи и позвольте надѣяться, что въ молитвахъ вашихъ къ Богу вы присоедините иногда къ имени вашего сына еще имя
"Жана де-Колиньи".
Онъ обратился къ Гуго со слезами на глазахъ и сказалъ ему:
-- Я написалъ вашей уважаемой матушкѣ; прочтите.
-- Такъ вы ее знали? спросилъ Гуго, поцѣловавъ мѣсто, гдѣ написано было имя графини.
-- Да... и всегда сожалѣлъ, что судьба не допустила ее называться Луизой де Колиньи.
Онъ открылъ объятія, Гуго бросился къ нему и они долго прижимали другъ друга къ груди. Потомъ, возвращая вдругъ лицу своему, разстроенному сильнымъ волненіемъ, выраженіе мужественной твердости, Колиньи позвонилъ и, запечатавъ письмо, приказалъ вошедшему лакею: