-- Развѣ вы не знаете, что случилось?.. Онъ уѣхалъ!
-- Кто?
-- Графъ де Монтестрюкъ.
-- Ну, что же такое?
Графиня де Суассонъ пожала плечами.
-- Вы бываете при дворѣ и спрашиваете: ну, что же такое? Не хотите-ль увѣрить меня, что вамъ ничего не говорили, или что вы сами ничего не отгадали?
-- Такъ это правда? вы его любите? вскричала принцесса.
-- Я не знаю, люблю ли я его, но вотъ здѣсь у меня болитъ живая рана, когда подумаю, что ничто не могло удержать его... Да, я просила, я грозила, и этотъ провинціальный дворянчикъ, которому я, Олимпія Манчини, отдала все, уѣзжаетъ!.. Но я не позволю поступать съ собой, какъ съ мѣщанкой, которую возьмутъ и потомъ бросятъ... нѣтъ!.. Я дала ему понять, что не забуду этого, и не забываю!.. Вы поймете это: у васъ течетъ итальянская кровь въ жилахъ...
-- О, да! отвѣчала принцесса глухимъ голосомъ.
-- И какъ будто этого еще мало, что онъ пренебрегъ мною, -- онъ весь преданъ другой женщинѣ, съ которой почти помолвленъ...