-- Вотъ этого-то счастья мнѣ и не достанется испытать... а между тѣмъ Самъ Богъ видитъ, какъ сильно я этого желалъ бы! Онъ не скупился на добрые совѣты и на хорошіе примѣры, этотъ славный, почтенный Агриппа, и душа его, молитвами святыхъ угодниковъ, пойдетъ прямо въ рай.
Онъ утеръ слезы и, погладивъ усы, продолжалъ:
-- Теперь вотъ на мнѣ кожаный колетъ, потертый латами, и желтые бархатные штаны, потертые сѣдломъ, а когда-то я командовалъ кавалерійскимъ эскадрономъ у знаменитаго Бернгарда веймарскаго... Я только что вылечился отъ страшной раны на водахъ Обоннъ, когда судьба привела меня случайно въ Тестеру. Какъ славно я заснулъ послѣ сытнаго ужина! И какого вина поднесъ мнѣ г. Агриппа, когда я уѣзжалъ дальше!... Любому монаху не стыдно было-бы выпить такого вина, а предки мои никогда такого и не пивали! Боевого коня моего вволю накормили овсомъ. Да! проживи хоть сто лѣтъ дон-Манрико и Кампурго и Пенафьель де Сан-Лукаръ, вашъ покорнѣйшій слуга, никогда онъ не забудетъ этого блаженнаго дня, когда онъ спалъ подъ вашей крышей и сидѣлъ за вашимъ столомъ!
Говоря это, дон-Манрико согнулъ свою длинную спину до самой земли.
-- А все таки однакожъ очень странно, сказалъ Гуго, кланяясь ему тоже, что вы такъ съ перваго взгляда меня тотчасъ и узнали! Неужели я такъ мало измѣнился?
-- Напротивъ... измѣнились необычайно! Но и тогда у васъ былъ какой-то особенный видъ, посадка головы, походка, ловкость въ движеньяхъ, что то такое, однимъ словомъ, что, увидѣвъ васъ среди тысячи людей, гдѣ бы то ни было, на пиру или въ схваткѣ, я бы тотчасъ сказалъ: это онъ, это графъ де Шаржполь!
-- Такъ вы знали и мое имя? Его однакожь никогда не произносили въ Тестерѣ!
-- Да, возразилъ съ живостью испанецъ; но я былъ такъ тронутъ вашимъ ласковымъ пріемомъ, что въ тотъ же день навелъ справки, чтобъ узнать, кому именно я имъ обязанъ, и одинъ кавалеръ, знавшій когда-то вашего храбраго отца, графа Гедеона, въ его замкѣ Монтестрюкъ, выдалъ мнѣ тайну вашего происхожденія. Меня это и не удивило во все: любой сынъ принца могъ бы позавидовать вашей осанкѣ.
Проговоривъ эту рѣчь, дон-Манрико пошелъ рядомъ съ Гуго и продолжалъ:
-- Я не хочу мѣшать вамъ... позвольте мнѣ только немножко пройдтись съ вами. Я просто молодѣю, когда васъ вижу и слушаю! Ахъ! славное было тогда время! Вы тоже участвуете, должно быть, въ венгерскомъ походѣ, судя по вашему мундиру?