И хотелось ему поскорее отвернуться от этих нудных вопросов жизни...
Глаза Веруши сверкнули, а потом замерцали болью. И, ничего не отвечая, Веруша вошла первой в магазин стройная, хрупкая, гордая.
VIII.
Пролетка была завалена покупками. Красинский беспричинно смеялся. Веруша была холодна и спокойна. Даже не улыбалась. Глаза смотрели строго вдаль.
-- Что с тобой, Веруша?
-- Когда-нибудь скажу. А теперь будем пить шампанское.
И, как козочка, Веруша соскочила на тротуар и галантно подала руку Красинскому.
И оба они ворвались ураганом в квартиру и кричали уже с лестницы, что устрицы пищат и требуют шампанского.
Сделалось шумно и весело. Красинский сразу почувствовал себя в своей тарелке. Никаких забот. Никаких тревог. Да здравствует веселье!
Стол быстро был уставлен всякими яствами и питьями.