Анна Васильевна. Отдаю вам, милая Ульяна Трофимовна, вашу, Софью; я в ней теряю дочь. Грустно расставаться с детьми, с которыми я свыклась моей душою: но вы--мать, и ваши права сильнее моих. Прошу же вас, сберегите это сокровище чистым, как
чисто оно было тут; не разбейте этого юного, доверчивого сердца. -- Да благословить тебя Господь Бог, милая Софья! ( Крестит ее ).
Софья целует ей руку.
Не плачь же, Бог с тобой!
Ульяна Трофимовна. Истинно так, матушка Анна Васильевна, головка будить болеть.
Анна Васильевна. Ты теперь, друг мой, делаешь шаг в жизнь новую, незнакомую для тебя, и как знать, -- может быть тебя встретит когда-нибудь какое огорчение. Не падай, мой друг, духом. Молись Создателю; читай божественную книгу страданий Спасителя -- и тебе легче будет; в душу твою, неведомо для тебя самой, проникнет луч утешения и надежды.
Ульяна Трофимовна. Точно, явственно так-с, матушка Анна Васильевна; вот и отец Василий тоже у нас говорит по праздникам. Иной раз и возьмёшься там почитать этак Псалтирь или Часослов, -- да все беда. Подвернётся что-нибудь такое по хозяйственной части, -- али люди как-нибудь промеж собой... Ну, уж тут, с позволения сказать, не до того-с.
Анна Васильевна ( не слушая её ). Старайся помнить все, чему ты тут научилась.
Это много принесёт тебе отрады в твоей жизни.
Ульяна Трофимовна. Так, матушка, так. Известно, что ученье свет, а не ученье -- тьма. Слава Богу, -- вот и к нам заходят разносчики с книгами и со стишками. Правда ломят цену необъятную, -- ну, а как поторгуешься, так глядишь, -- с целкового-то и снизит на двугривенный.