-- Вы глупы, любезный! Вашего совѣта не спрашиваютъ!.. Такъ что же ты мнѣ скажешь, душа моя?-- обратился Иванъ Петровичъ опять къ супругѣ.
Анна Константиновна нѣсколько презрительно сжала губы и опустила углы рта. Ей уже успѣло надоѣсть полусуточное путешествіе на пароходѣ, а предстояло такое время препровожденіе сутокъ на восемь или на десять. Конечно, она могла бы отказаться отъ удовольствія столько времени созерцать скучные волжскіе берега или стѣны неуютной каюты; но ссоры изъ-за пустяковъ не входятъ въ ея разсчеты: надо и уступить когда нибудь, чтобъ въ важныхъ случаяхъ имѣть возможность упоминать о своей вѣчной уступчивости и о жертвахъ, которыя она непрерывно приноситъ фантазіямъ своего супруга. Ни чѣмъ инымъ, какъ любовью къ оригинальничанью, нельзя объяснить его послѣднюю фантазію: онъ случайно прочелъ книжку "О пользѣ рѣчныхъ путешествій", восхищался ею нѣсколько вечеровъ подъ рядъ въ разговорахъ между двумя роберами, самъ себя пришпоривалъ въ этомъ восхищеніи и кончилъ тѣмъ, что взялъ экстренный двухъ-недѣльный отпускъ (безъ внесенія его въ формуляръ) и повезъ всю семью -- испытать "укрѣпляющее дѣйствіе рѣчного воздуха". Ѣхали, разумѣется, и дѣти: гимназистъ, перешедшій въ пятый классъ, и институтка, двумя годами старше брата. Относительно ихъ Иванъ Петровичъ преслѣдовалъ также особые виды: имъ въ высшей степени полезно будетъ заглянуть въ "книгу жизни", о содержаніи которой они знаютъ пока только съ чужихъ словъ. Развѣ можетъ сравниться вся эта печатная премудрость, всѣ эти классные уроки и внѣклассныя чтенія съ непосредственнымъ наблюденіемъ надъ природой и людьми, надъ взаимными ихъ отношеніями, надъ народнымъ бытомъ (это словечко опять стало съ нѣкотораго времени въ большомъ ходу въ сферахъ, около которыхъ толокся Иванъ Петровичъ)? Конечно, тутъ и сравненія не можетъ быть никакого!.. Между тѣмъ до сихъ поръ дѣти видѣли и изучали только подстоличныя дачи, да одинъ разъ, года три назадъ, ѣздили съ матерью въ Кисловодскъ,-- ну, о жизни по этимъ "минерашкамъ" Иванъ Петровичъ достаточно наслышался!.. Итакъ, тронулись въ путь цѣлой семьей. Подростки, особенно гимназистъ, находившіеся подъ сильнымъ вліяніемъ своихъ заведеній и потому мало слившіеся съ духомъ своей чиновнически комильфотной семьи, были искренно рады на время "удрать" отъ скучнаго дачнаго режима; папаша держалъ себя бодро и шумно, какъ и слѣдуетъ человѣку, приводящему одинъ изъ своихъ геніальныхъ проектовъ въ исполненіе; Аннѣ Константиновнѣ осталась на долю роль страдательнаго лица.
Она терпѣливо выжидала ухода сконфуженнаго лакея и отвѣтила мужу особенно ровнымъ голосомъ, слушая который онъ иной разъ восклицалъ, когда бывалъ въ дурномъ расположеніи духа: "да не тяни, ты душу мою, Христа ради!"
-- Вамъ пора бы знать мои взгляды на этотъ предметъ, Иванъ Петровичъ. Я не нахожу достаточныхъ основаній дѣлать на пароходѣ то, что считаю дурнымъ и непозволительнымъ дѣлать на сушѣ.
-- Но позволь, Анета, развѣ условія и обстановка...
-- Таково мое убѣжденіе. Вѣдь вы, надѣюсь, не станете насиловать мои убѣжденія?
-- Что ты, что ты, Богъ съ тобой!
-- И теперь, когда я приняла отвѣтственный постъ въ нашемъ Обществѣ...
-- Да развѣ я это могу забыть хоть на одну минуту?..
Въ послѣднемъ, весеннемъ засѣданіи третьяго Общества трезвости Анна Константиновна была единогласно избрана вице-предсѣдательницей этого Общества, и ей еще не успѣло надоѣсть это новое званіе; поэтому Иванъ Петровичъ имѣлъ удовольствіе раза по три на дню получать напоминаніе, съ кѣмъ собственно онъ имѣетъ дѣло. А такъ какъ, по выраженію той же Анны Константиновны, у него "ничего не было святого въ душѣ", то ему эти напоминанія стали уже казаться нѣсколько излишни; на сушѣ, впрочемъ, онъ не смѣлъ коснуться этого деликатнаго обстоятельства, на пароходѣ, гдѣ "условія и обстановка" способствуютъ нѣкоторой вольности мыслей, рѣшился -- и чуть не раскаялся.