Когда она ушла, миссисъ Иддисъ продолжала шить, прислушиваясь. Вдругъ она услышала шаги, и ея блѣдныя щеки слегка закраснѣлись. Она подняла голову, но когда Джулія вошла, она холодно поздоровалась съ ней:
-- Здравствуй. Ты всегда спишь такъ долго?
-- О, нѣтъ! Но я заснула только на зарѣ. Я была слишкомъ возбуждена. Съ завтрашняго же дня я буду вставать рано и гулять но тѣмъ мѣстамъ, по которымъ я гуляла въ былыя времена. Какъ часто я мечтала объ этомъ!
-- Однако, прошло много времени, прежде, чѣмъ ты явилась сюда,
Джулія присѣла на ручку кресла матери и, прижимаясь къ ней, сказала:-- Мама, забудемъ это! Вы сердитесь на меня, что я не пріѣзжала сюда цѣлыхъ шестнадцать лѣтъ, а я сердилась на васъ. Но моя дѣтская досада давно прошла. Теперь время простить мнѣ. Если я не пріѣзжала сюда, то только потому, что вы ни разу не позвали меня. Съ того дня, какъ герцогъ женился, вы писали мнѣ только короткія, формальныя письма, холодный тонъ которыхъ примѣнялся тогда, когда вы снова сердились на меня за что-нибудь. Вы обидѣли меня сильнѣе, чѣмъ я васъ, но не будемъ вспоминать объ этомъ. Если бъ вы знали, какъ я счастлива, что снова здѣсь, съ вами! Если бъ вы только захотѣли быть прежней, то я бы снова почувствовала себя возлѣ васъ вашей маленькой дочкой. Прошлое,-- по крайней мѣрѣ многое изъ этого прошлаго,-- представляется мнѣ какимъ-то сномъ.
Миссисъ Иддисъ выпрямилась. Ноздри ея раздувались, и глаза метали молніи, когда она заговорила, стукнувъ о полъ свою палкой:-- Да, -- сказала она.-- Покончимъ съ этимъ разъ навсегда! Десять лѣтъ просидѣла я на этомъ мѣстѣ, раздираемая угрызеніями совѣсти,-- десять лѣтъ! Но я не могла заставить себя написать это. Только я не думала, что мнѣ придется ждать такъ долго. Я старуха, а ты молодая женщина!
Джулія была потрясена до глубины души.-- Мама, дорогая, не будемъ говорить объ этомъ!-- проговорила она.-- Это была такая понятная ошибка съ вашей стороны. Мнѣ бы слѣдовало давно пріѣхать. Но время такъ летитъ! И потомъ... я вѣдь не подозрѣвала, я думала, что вы отдали всю свою привязанность Фанни?
-- Фанни?-- воскликнула старуха съ нескрываемымъ презрѣніемъ.-- Дай мнѣ сказать тебѣ. Изліянія нѣжности не въ моемъ характерѣ, но мнѣ кажется, что я никого въ жизни такъ не любила, какъ тебя. Боже мой! Боже мой!.. И вотъ я сидѣла здѣсь долгіе годы и все думала, думала и ждала смерти!..
-- Милая мама, все къ лучшему. Мнѣ нуженъ былъ суровый, жизненный урокъ, чтобы развить свой характеръ и способности.. Я надѣюсь, что вы будете гордиться мной. Только позвольте объяснить мнѣ, ради какой великой цѣли..
-- Вздоръ! Неужели ты хочешь заставить меня повѣрить, что міръ дошелъ до этого? Драться съ полицейскими, сидѣть въ тюрьмѣ, произносить зажигательныя рѣчи передъ толпой? Что сталось съ прежними англійскими леди!