-- Вы такъ думаете?-- опросилъ Пири.-- А мнѣ кажется, что она не изъ такихъ, которыхъ можно сломать. Можетъ быть ей ничего другого не останется, кромѣ открытаго возмущенія... Но я надѣюсь, что Френсъ теперь поступитъ волонтеромъ и въ самомъ скоромъ времени будетъ убитъ. Война -- это прекрасное дѣло для подобныхъ людей. Обыкновенно они бываютъ автоматически храбры, несмотря на свою дегенерацію, и поэтому держатся хорошо. Будемъ надѣяться, что война избавитъ насъ отъ нежелательныхъ мужей, прежде чѣмъ мы сметемъ буровъ. Впрочемъ, это примиритъ съ войной многихъ женщинъ.
-- О, да!-- воскликнула миссисъ Мекменусъ.!-- Но какъ это вы, Марія, не позаботились о Джуліи за эти три мѣсяца, которые она прожила наединѣ съ Френсомъ?
-- Заботиться о ней?-- воскликнула съ негодованіемъ миссисъ Уинстонъ.-- Она уже замужемъ пять лѣтъ и въ состояніи сама о себѣ заботиться! Съ какой стати я стану себя утруждать?.. Однако, надо пойти къ ней. Навѣрное я услышу что-нибудь нехорошее...
Миссисъ Уинстонъ въ глубинѣ души негодовала на Джулію. Она была увѣрена, что еслибъ Джулія не раздражала герцога своими независимыми взглядами и теоріями, то мысль о женитьбѣ никогда бы не пришла ему въ голову. Впрочемъ, Уинстонъ не показала этого Джуліи и привѣтливо поздоровалась съ ней, но когда взглянула на ея лицо, то испугалась ея мертвенной блѣдности и худобы.
-- Что съ тобой? Ты больна?-- вскричала она.-- Твоя одежда въ безпорядкѣ...
-- Кажется, я здорова,-- холодно отвѣтила Джулія.-- Мнѣ пришлось бѣжать, а поэтому я одѣвалась второпяхъ... Я не могла этого сдѣлать, пока Гарольдъ ненапился до безчувствія...
-- Что ты говоришь?.. бѣжать?-- Миссисъ Уинстонъ даже присѣла отъ волненія.-- Навѣрное ты можешь пріѣзжать въ городъ, когда захочешь?
-- Мнѣ запрещено выходить.
-- Но... все-таки бѣжать не слѣдовало! Вѣдь это только одинъ изъ капризовъ Гарольда! Ты должна быть осторожна и ничего не дѣлать такого, что можетъ набросить на тебя тѣнь подозрѣнія. Навѣрное многіе злые поди смѣются надъ тобой теперь, когда ты лишилась своего положенія въ свѣтѣ. Особенно должны злорадствовать женщины, которыя раньше тебѣ завидовали. Гарольдъ -- бѣдняга!-- навѣрное чувствуетъ это, и поэтому онъ такъ жаждетъ уединенія. И это лучшее, что можетъ быть для насъ обоихъ! Вѣдь это было такое разочарованіе для него!..
-- Разочарованіе? Это слишкомъ мягкое слово для того душевнаго состоянія, въ которомъ онъ находится въ настоящее время. Но его способъ искать утѣшенія!.. Я хочу сказать, что онъ либо сумасшедшій, либо мой самый страшный врагъ!.. Если я останусь съ нимъ еще дольше, то буду убита.... или сойду съ ума!.. Я не вернусь больше къ нему! Я ничего не преувеличиваю... ничего не выдумываю... Да и выдумать было бы нельзя!