-- Ты?-- вскричала Джулія съ изумленіемъ и потомъ прибавила.-- Какая скука!
-- О да! А я вѣдь думала, что застрахована отъ этой болѣзни послѣ моего перваго тяжелаго опыта. Но, очевидно, мой тридцатилѣтній возрастъ...
-- А ты не пробовала отдѣлаться отъ этого чувства?
-- Ты не можешь себѣ представить, какъ я боролась съ собой! Посмотри, что со мной сдѣлалось. Просто удивительно, что онъ не убѣгаетъ при видѣ меня! Но пользы нѣтъ бороться. Я погибла.
-- Что же это за человѣкъ, сумѣвшій такъ овладѣть тобой? Знаю, я его?
-- Можетъ быть. Это кузенъ моего покойнаго мужа, но я раньше никогда не встрѣчалась съ нимъ. Я познакомилась съ нимъ въ Каннѣ, куда ѣздила лечиться. И вотъ теперь!.. Боже мой, какъ это ужасно! Казалось, я такъ твердо стою на ногахъ, и о мужчинахъ совершенно не думаю. Мнѣ было рѣшительно все равно, существуютъ они или нѣтъ! Я даже готова была желать, чтобы ихъ вовсе не было. А вотъ теперь я чувствую себя рабой, я не принадлежу себѣ! Я всегда думала, что сдѣлана по тому же образцу, какъ и наши милитантки въ Лондонѣ, какъ будто лишенныя пола и состоящія только изъ мозга и нервовъ и фанатически преданныя своему идеалу. А я... Боже мой! Вѣдь я выхожу замужъ за человѣка, который нисколько не интересуется нашимъ дѣломъ. А я думала, что способна быть мученицей за свою идею!..
-- Бриджитъ!-- рѣзко прервала ее Джулія.-- Будь честна сама съ собой! Ты въ самомъ дѣлѣ никогда не думала объ этомъ, о томъ, что мы можемъ снова полюбить?...
Бриджитъ вдругъ встала и, заложивъ руки въ карманы своего пальто, остановилась передъ Джуліей. Нѣсколько мгновеній она пристально смотрѣла на нее и затѣмъ, пожавъ плечами, проговорила:
-- Я не думаю, чтобы у меня это было въ мысляхъ когда-нибудь, но... пожалуй, безсознательно! Да, мнѣ случалось, ночью, когда мнѣ не спалось, думать о томъ, гдѣ же тотъ, котораго я могла бы полюбить?.. Чему же ты смѣешься?..
-- Мнѣ просто кажется, что мы всѣ большія идіотки!..-- расхохоталась Джулія.