Мотька сам вскочил, затанцевал, закрутился на сером мерине.
Колька никогда в жизни на коня не садился, но сознаться стыдно, подсадили его, уцепился за гриву.
Мотька удальски присвистнул, цокнул, поводьями дернул и поскакал по траве к дороге. Колька даже глаза закрыл и крепче вцепился, кобыла его за Мотькиным мерином рысью в развалку пошла.
Зажужжали опять, запели невидимые пчелки.
— Нагибайся ниже, — крикнул Мотька.
Заржала кобыла, дрожит, Колька руками и ногами ее крепко сжимает.
Выбрались на дорогу и поскакали, только в глазах зарябило от солнца, цветов в траве, а пчелки близко, близко у самого уха поют стеклянную песенку.
Ничего не думал, не боялся Колька, только держался крепче, да поводьями дергал, когда хотела кобыла свернуть куда-нибудь.
Никогда, казалось, не кончится эта дорога под жгучим солнцем, под пение ласковых, коварных пчелок.