-- Ну такъ, въ такомъ случаѣ, вамъ и разсказывать ихъ, потому-что вы сами вызвали на это.

Я видѣлъ, что, говоря аллегорически, попался въ собственныя сѣти; но дѣлать было нечего. Катерина Петровна усѣлась съ ногами на кушетку, повернувшись бокомъ ко мнѣ и лицомъ къ камину. Локтевъ ближе придвинулся къ намъ. Я протянулъ ноги во всю длину, сложилъ на груди руки, какъ слѣдуетъ доброму разскащику, и началъ.

-- Самое замѣчательное происшествіе, которое имѣло сильное вліяніе на всю мою жизнь, случилось со мною такъ давно, что я и не помню. Тѣмъ неменѣе я вамъ разскажу его. Это было въ О, въ тысяча-восемьсотъ-двадцать... которомъ именно году, не могу сказать, потому-что имѣю на это особенныя причины. Разъ, въ темную сентябрскую ночь, передъ самымъ, разсвѣтомъ, когда почти все спало въ городѣ, я родился. Замѣчательнѣе этого событія могу васъ увѣрить со мной не случалось.

-- Это для насъ совсѣмъ-неинтересно, сказала хозяйка съ самымъ убійственнымъ равнодушіемъ, доставивъ предварительно мнѣ величайшее удовольствіе недовольной улыбкой.-- Вы должны разсказать что-нибудь выходящее изъ круга ежедневныхъ вещей.

-- Развѣ вы полагаете, что люди, какъ я, родятся каждый день? сказалъ я съ чувствомъ оскорбленнаго самолюбія.

Катерина Петровна отвѣтила мнѣ усмѣшкой, которая хотя и не была лишена нѣкотораго рода прелести, но почему-то мнѣ несовсѣмъ понравилась. Локтевъ выразился гораздо-опредѣленнѣе.

-- Вы должны разсказать что-нибудь странное, страшное, сказалъ онъ: -- вы сознались, что съ вами бывали подобные случаи.

Я потеръ лобъ, нарочно призадумался и сказалъ: слушайте!

-- Довольно-давно, въ одинъ изъ такъ-называемыхъ голодныхъ годовъ, въ которомъ, впрочемъ, никто не умиралъ съ голода, я возвращался изъ отпуска по нижегородскому тракту. Шоссе не было тогда конечно, и дорога шла по убійственной деревянной мостовой. Вотъ однажды на станціи, вечеромъ, въ то время, когда я пилъ чай, смотритель, въ видѣ утѣшенія, сообщилъ мнѣ, что на дорогѣ, гдѣ приходится проѣзжать часть Муромскаго Лѣса, есть разбойники...

-- Позвольте прервать васъ и усомниться, сказалъ Локтевъ: -- въ наше время я не вѣрю въ разбойниковъ.