-- Въ-самомъ-дѣлѣ, Катерина Петровна, разскажите, какъ вы вышли замужъ? сказалъ я, подмѣтивъ ея полугрустную, полусмѣющуюся улыбку.
-- Какой вздоръ! сказала она, смѣясь: -- вышла очень-просто. Петръ Иванычъ за меня посватался; онъ мнѣ понравился -- я и вышла. Что жь тутъ разсказывать?
-- А чувство? а борьба? а нерѣшимость? а старые идеалы? Да вы ничего не разсказываете! сказалъ я.
-- Этого ничего не было; а еслибъ и было, такъ развѣ это разсказывается? замѣтила Катерина Петровна съ такой улыбкой, которая сама-по-себѣ могла бы составлять происшествіе, еслибъ всякая хорошенькая женщина не дѣлала этого происшествія по желанію.
-- Жалко, сказалъ я съ непритворнымъ сожалѣніемъ.-- Разсказъ хорошенькой женщины о замужствѣ -- какая глубокая, какая чудная поэма! И какъ мы хорошо расположены для разсказовъ! Покойная мебель, папиросы (тутъ я вынулъ папиросу и поподчивалъ m-me К.), тлѣющій огонекъ и завываніе осѣнняго... виноватъ! вѣтру нѣтъ, но и безъ него мы расположены какъ-нельзя-лучше.
-- Что жь, зачѣмъ дѣло стало? М-r Локтевъ, вы сказали что съ вами было какое-то интересное происшествіе; извольте разсказывать.
-- Я хотѣлъ только сказать, что оно бываетъ со всякимъ. Вы въ этомъ сознались нехотя. Вы то же согласитесь со мной? спросилъ онъ меня.
-- Какъ же, я совершенно соглашаюсь, что бываютъ! сказалъ я, вспомнивъ, что, въ противномъ случаѣ, вся наша братья-разскащики были бы первостатейными лгунами.
-- Конечно, и съ вами бывали, сказалъ Локтевъ, будто безъ вниманія.
-- Гм, да! И со мной бывали, отвѣчалъ я необдуманно.